Покоренный ее красотой

– Мы договорились расторгнуть помолвку, – сказала она, не поднимая глаз.

– Это означает, что вы должны принять решение относительно того, чем мы здесь занимаемся. Мне нечего терять, тогда как ваша невинность висит на волоске.

Это было так характерно для Пирса. Другой мужчина, возможно, солгал бы или постарался завуалировать тот факт, что он желает переспать с ней, не взяв на себя никаких обязательств. Но не Пирс.

– А что вы скажете, если я откажусь? – поинтересовалась Линнет, распластав пальцы на рельефных мышцах его бедра, хотя уже знала, что не откажется.

Возможно, это ее единственный шанс заняться любовью с кем-нибудь, кого она действительно желает.

– Вы же умная женщина. У вас имеется товар, который весьма ценится на брачном рынке, а из-за вашей красоты вдвойне. С какой стати вы отдадите его мне бесплатно?

– Вас послушать, так я выставлена на продажу в расчете на самую высокую цену.

– Ну, возможно, я была выставлена на продажу, – признала Линнет, – но цена упала, потому что все уверены, что я больше не обладаю этим весьма ценным товаром.

Пирс по-прежнему молчал.

– Если я отдам его вам, вы можете гарантировать, что в результате не появится ребенок?

– Нет, – сказал он. – К сожалению, в этом домике нет всех удобств, какие только можно пожелать.

В его голосе прозвучали веселые нотки.

– А что, если будет ребенок?

– Мы поженимся, – заявил он.

Линнет кивнула, внезапно оробев.

– Думаю, нам следует подробно обсудить, что мы собираемся делать. – Он замолк, приникнув к ее губам в поцелуе, жадном и восхитительном.

 – В конце концов, – услышала она спустя несколько мгновений его голос, приглушенный тем, что его губы скользили по ее коже, – там, где есть риск брака, нужно продвигаться осторожно. Без спешки. Будучи абсолютно уверенными, что ни один из нас не испытывает ни малейших сомнений.

Линнет выгнулась, наслаждаясь прикосновением к его обнаженному телу, которое она столько раз украдкой разглядывала. Ей было не до его рассудительных речей. Она чувствовала себя хмельной, словно по ее жилам текло бренди, заполняя низ живота.

Ей хотелось большего.

Собственно, единственная вещь, которая ее сейчас интересовала, прижималась к ее бедру. Пирс продолжал говорить в своей иронической манере, которая так раздражала ее. Скользнув рукой вниз, она схватила его и сжала.

Он осекся на полуслове. Его жезл был горячим и гладким, пульсируя в ее ладони, как живой, и казался слишком большим.

Пирс слегка отстранился.