Покоренный ее красотой

Все они обнажали свою грудь и самые интимные места, но он ни разу даже глазом не моргнул.

Но сейчас его тело пульсировало, буквально разрываясь от страсти. Пирс выпрямился и плотнее обмотал полотенце вокруг талии. Будь он проклят, если позволит своему отцу – своему недостойному и презренному отцу – вынудить его согласиться на брак с женщиной, которую тот выбрал.

Он наблюдал за движениями Линнет, стараясь не обращать внимания на их подсознательную чувственность. Похоже, у нее неплохое чувство ритма.

Еще бы, произнес вкрадчивый голос в его голове. Он мог бы обучить ее и более увлекательным ритмам…

Пирс прогнал эту мысль.

– Пора идти, – деловито сказал он, отвернувшись. – Меня ждут пациенты, и некоторые из них, возможно, уже покойники. Было бы невежливо заставлять их ждать.

Он слышал, как она вскочила на ноги и натянула платье.

– Подождите, – окликнула она его, когда он двинулся вверх по тропинке. – Вы не забыли, что нужно застегнуть мое платье?

Он обернулся.

– Я не могу вернуться в дом в таком виде, – сказала она. – Пусть у меня нет компаньонки, но, если вы не хотите, чтобы все домочадцы решили, будто мы купались голыми, вы должны застегнуть мое платье.

– Не будьте дурочкой. Слуги отлично знают, чем мы здесь занимаемся.

– Ну, тогда ваш отец сочтет такое поведение скандальным.

Пирс хмыкнул, не желая вдаваться в дискуссии о том, как мало его интересует мнение отца.

– В таком случае идите сюда. Я не желаю забираться на эту скалу со своей тростью.

Линнет растерянно моргнула и поспешила к нему.

– Извините. Когда вы плаваете, вы кажетесь таким мощным, что я забываю, что ваша нога изувечена. Кстати, как это случилось? – Она повернулась к нему спиной, и он принялся застегивать ее платье.

То, что женская спина – деликатная вещь, он знал и раньше. Но его знания проистекали от осмотра спин, пораженных недугом. Спина Линнет была идеальной формы, и все кости, которые он изучал в медицинской школе, выглядели совершенно иначе, обтянутые гладкой бледной кожей.

– Где ваша сорочка? – резко спросил Пирс.

– О, я ее сняла, – сообщила Линнет. – Нет ничего холоднее мокрой ткани, знаете ли.