Онлайн-библиотека книг
Мне кажется, он бы ответил согласием на твой вопрос, хранитель. Про остальных из нашей четвёрки не скажу. Наги плевать на всё кроме роста характеристик. Он сам называет себя словом «манчкин», что бы это не значило. На летающих островах Зехира такого не было…
— Кстати, ты вспомнил, кто тебя убил?
— Нет. Сам момент смерти не вспомнил. В любом случае, мне повезло оказаться здесь. Мой мир был на грани гибели из-за мёртвой магии и заигравшегося в бога создателя ангелоидов. Вполне вероятно, благодаря этому я смогу пережить гибель Зехира, если ещё её не пережил.
— Ты говоришь об этом с таким спокойствием…
— В этом главное преимущество быть нежитью. Нас не берёт даже мёртвая магия, которая способна заразить и убить бога. Бессмертие как защита от старости как раз не редкое явление. Взять хоть эльфов с прочими фейри, тари, драконидов, разумные механизмы…
Некродендроид закончил вбивать настройки терминала, выбирая нужный мод, после чего отступил в сторону, безмолвно приглашая активировать модификацию. Мне удалось заставить терминал воспринимать его, но подтвердить активацию на живом члене команды некродендроид не мог.
— Скорее это в людях изъян, раз они умирают просто по сроку годности, — продолжил Мордред, отстраняясь от терминала и глядя, как закрываются оплетённые растениями капсулы-плоды терминала.
Маленькие саркофаги из алых листьев потянулись к дереву на ветвях.
— Я не понимаю эту глупость, — не останавливался он. — Пожалуй, на вашем месте я бы задумался о том, чтобы стать нежитью, механизмом, или думал как решить этот изъян, если уж тактильные ощущения настолько важны.
Ближайшее время мне предстояло провести за беседой с ним, помогая раз за разом активировать терминал для лечения бессознательных.
А вот дальше — дальше предстояла работа по агитации на пользование услугами моего терминала.
Удивительно, но сильно агитировать не пришлось. Как я и думал, принудительная установка по факту была хорошей демонстрацией, что от капельки растительной генетики и магии крови никто с ума не сходил.
Ну, или весь возможный скепсис я просто сам себе придумал.
Самое сложное — отойти от правил, полагаясь на свой собственный опыт. Осознать, что часть правил ложные, и отказаться от них сознательно, с полным пониманием, зачем они были введены.
Создание цепей много циклов было страшнейшим злом, потому как раскачивает лодку и ускоряет энтропию. То есть моими действиями по созданию новых видов я приближаю конец всей Стены.
