Он молотил десятками манипуляторов по земле и бешено вращал алой подсветкой.
Он выл, пребывал в постоянном движении, будто слегка пританцовывая и создавая ощущения карикатурного свихнувшегося механизма из старого хоррора.
И чёрт возьми, эта тварь восстанавливалась!
Я увидел внутри вспышки сварочных работ и ряд манипуляторов, которые независимо от других подбирали отломанные взрывом части или собирая их на ходу из того, что под руку подвернётся — то есть из бедствий.
Уже несколько трупов бедствий было растерзано и встроено в ужасную конструкцию, всё меньше напоминающую технологии ионитов.
Вспомнилось, что терминал на самом деле никогда не был частью той культуры, которую представляет. Настоящие иониты, кем бы они ни были созданы, никогда не строили терминалы. Он, как и все прочие, был лишь стилизован под технологии определённой расы.
Но в основе всего этого лежала сердцевина из системной стихии.
Если здесь так же, то чего может на самом деле хотеть такой терминал? Не ионит, даже не совсем робот.
Эстер с системной основой… возможно.
Когда-то давно — это вляпавшийся в аномалию проходчик. «Какой-то владыка цепи грёз». Всё слилось воедино в этом существе. Чего добивается это существо на самом деле? Просто создавать больше бедствий? Зачем? Разве они не нарушают условия работы с духовным ресурсом? Или здесь нет насилия над волей?
С одной стороны, никто в здравом уме сам на такую радикальную модификацию не пойдёт. С другой — есть же Белая…
— Идём вниз! — приказа я, глядя на чёрный провал рядом с безумным терминалом.
— А Белая? — спросила Сайна.
— Она пойдёт за нами, можешь не сомневаться. Вместе со своими новыми товарищами.
— Не говори так, Арк! — насупилась Синица.
По склону в нашу сторону бежал Лис, оставляя на чёрной земле отпечатки из светящегося льда. На спине у него болталась верхняя часть Наги, который не прекращал при этом продолжать поливать врага магией.
Мерлин на ходу закинул последнюю горсть белого порошка эльфов в импульсар.
Янтарные руки подбросили ящик обратно девушке, и мы принялись возвращаться ко входу в трубы. Теперь перед ними зияла большая чёрная дыра с провалом на этаж ниже.
Бросок семян — и вниз свесились лозы с янтарными листьями.
Восстанавливающийся на ходу терминал попытался преградить нам путь. Сверху полетела девочка-ангелоид с оголённым животом, чёрной намотанной тканью в области груди и в чёрно-серых камуфляжных штанах. Её почти сразу сметает Ангедония.
