И лишь поняв, какого рода угроза их ждёт, оценили возможность завалить нас числом, и лишь тогда напали.
Но они меня сильно недооценивают!
Погрузившись в редактор растительных гибридов, я на скорую руку собрал примерно то растение, что разгоняло миазмы во времена битвы с кадаврами. Только чуть адаптировал под яд ланцетов.
Затем троица древней быстро начала засеивать отмеченные мной участки прорывов в долину. Надолго это их не задержит, но лишних пару-троку минут даст.
Затем вынул семя того самого дерева, что подобрал некогда в убежище Первуха, и разместил у самого подножия белой башни.
Скудный запас земли не позволял вырастить такое растение. Это в принципе будет невозможно. Поэтому для того, чтобы завершить мой план побега, мне потребуются ланцеты. Очень много ланцетов!
В ход пошли обновления и тёмный лес. Артефакт снова приятно удивил, переведя на понятный мне язык панели интерфейса запас моей энергии жизни. Если условный запас энергии жизни артефакт оценил на сотню процентов, то сейчас у меня было одиннадцать тысяч.
Водопад из роялей не прекращался.
А нужно ли вообще выделять время и силы на создание пути к отступлению?
Растения всё плотнее покрывали долину, вытесняя вереск. Я принялся без остановки применять обновление, мысленно благодаря неведомое существо, которое я видел в терминале.
Затем я припомнил и тёмный лес. Артефакт как-то умудрялся направлять мою энергию, куда я указывал в долине.
Но ланцеты ещё многого не учли.
Впитав в себя первую кровь червей, растения окрашивались алым, и становились намного опасней! К тому же, они постоянно восставали и вырастали заново в тех местах, где врагу удавалось прорваться.
К башне потекли тоненькие струйки крови ланцетов.
Под ногами задрожала земля. Вверх потянулись первые стебли будущего гигантского древа, подобного тому, что помог нам спуститься к седьмому.
Тем временем, на поле боя появились ланцелиски, и какие-то летающие твари. Первый рубеж обороны был пройден. Поле боя было усеяно телами червей, но поток и не думал ослабевать.
После двадцатой разновидности червей я бросил считать разнообразие. В какой-то момент даже возникло ощущение, что по ту сторону баррикад тоже находится некое разумное существо, точно так же сейчас принуждающее ланцетов создавать новые формы, подбирая ключи к моей обороне.
В голове всплыли слова Сайны о том, что высшие ланцеты довольно умны, а главная их фишка — модификации своих и чужих тел.
