И обе ничего не изменили в его теле внешне. Кстати, я вообще был единственным, кому терминал выдал внешнее изменение. Спасибо сущности хуорна за новый цвет глаз.
Может, Каджи как-то понял, что все модификации на нём будут безопасны? Может, и на счёт каменной кожи я зря переживал? Или он понял это как-то иначе, например, увидев, какую часть тела эта способность будет менять?
Путь был не долгим. Уже спустя минут пятнадцать мы стояли перед громадной башней, нависавшей над стеной. Вблизи она смотрелась ещё серьёзнее.
Особенно если учесть, что снаружи были расклеены объявления и ходило множество людей.
Обсерватория была, наверное, самым посещаемым местом города — то и дело кто-то входил внутрь и выходил. Многие просто разговаривали здесь, обсуждая какие-то дела. Была даже группа с раненым, возле которым уже колдовал какой-то целитель.
На нас никто не обратил никакого внимания. Людей вокруг было слишком много. Наверное, человек тридцать.
— Значит, на второй этаж? Хорошо. Добыча от трофеев стандартная. Идёт? — послышался голос девушки рядом. Она как раз обсуждала с какими-то людьми свои дела.
— Да, только выдвигаемся сегодня, — предложил ей рыцарь в тяжёлой броне. — Тот колодец может закрыться со дня на день!
— Постойте, то есть обратный путь будем искать сами..? — с опаской переспросила наёмница. — Это уже дополнительный риск!
Хм. Здесь местные отряды формируют группы? Место вроде как общего пользования, так что по идее здесь должны быть представитель всех здешних гильдий.
И одиночки, как мы, тоже. Та девчонка вряд ли нанималась бы в группу к кому попало, если б была частью крупной организации.
Внутри обсерватория… поражала.
На древнем паркетном полу в окружении растений стояли книжные полки. Место для них было не очень привычным, потому как находились они не только в специальных нишах по кругу цилиндрического помещения, но и часто стояли в хаосе просто так.
Было прохладно, потому горело и несколько каминов. Явно приделанных умельцами после перестройки обсерватории.
Стены тоже поражали. Не смотря на полумрак, на них всюду были рисунки светящимися чернилами. И изображали они вовсе не пейзажи, а списки имён, множества названий и графиков. Светились сложные схемы, расхолившиеся на возможные из них варианты."
"— Это же пути развития классов… — восхищённо заметил Мерлин.
