— Он только появился на стене, совсем ещё нуб, а уже обошёл топов! Может, так он скоро и Белую нагнать сможет?
Никто из них не знал, что тот, о ком они говорят, находится прямо рядом с ними. Обычно сильного проходчика выдают несколько эволюций и эпическая экипировка. Первух же выглядел совершенно невзрачно.
— Первый… — с восхищением в голосе произнесла Серая. Она появилась будто из ниоткуда, готовая едва не облизывать демонолога. — Твой результат — пример для многих. Ты лучший проходчик этого цикла.
Твой взлёт…
— О, не стоит, — с улыбкой отмахнулся он. — Я всего лишь делаю свою работу. Но я такой же новичок, как и другие. Без твоих наставлений я бы не смог достигнуть таких результатов.
— Какой скромный, — послышался чей-то шёпот в толпе и Первый улыбнулся ещё шире, так что это стало походить на звериный оскал.
— Не стоит принижать себя, проходчик! — воскликнула Серая. — Такие гении как ты рождаются раз в три цикла! А с первого же спуска — так и вовсе никто со времён Принца восемь ивентов назад.
— Ну что ты, Серая. Я ещё только начал, — глаза проходчика вспыхнули хищным блеском, в котором не было ни капли человеческого тепла.
— Что-то с ним не то, — глядя на эту картину, задумчиво произнёс юстициар гильдии проходчиков.
Он знал, что Первого покрывает его коллега, юстициар свободной своры. Но сам Первух к своре не имел никакого отношения.
Алекс чувствовал, что такой результат с первой попытки невозможен. Но доказательств в чём-то нарушающим официальные правила Стены у него не было.
А нарушение принятой здесь лишь на словах этики недостаточно, чтобы обратить на мошенника ярость Системы.
Но это всё равно выводило из себя. Все, кто хоть немного был в курсе ситуации, была в ярости от такой наглости. Наверное, впервые за весь этот цикл, все четыре крупнейшие фракции проходчиков были единодушны в своём гневе. Самовлюблённые топы, гильдия, мутные ребята из лиги и головорезы своры. Все.
Но…
Со злости он швырнул огрызок от яблока вниз из разлома в стене обсерватории.
Тот шустро полетел, ускоряясь под действием гравитации. Но земли всё равно не достиг. Его перехватила лапа крылатой бестии и понесла за собой в уютное логово на четвёртом этаже. Уже третьи сутки подряд этого места не касался пересбор, а потому несколько его сородичей-хаархусов начали обустраивать там новые гнёзда.
Вот только на этот раз родной дом встретил его вовсе не клекотом самок и писком детёнышей.
