Затем пришло время детального осмотра мастерской в дальнем конце коридора.
Здесь нашлось каменное колесо для заточки оружия, на котором удалось из рейки сделать куда более адекватную версию копья. Действительно острого на конце. Даже класс оружия поднялся с «мусора» на «обычный». Затем заточили обломок меча — толку от него намного больше не стало, но как нож в хозяйстве пригодится. Другого всё равно у нас нет.
Ещё одно копьё, деревянное, мы переделали из швабры, а из ножки стола — палицу со вбитыми гвоздями на манер булавы.
Гвозди нашлись на складе. Как и много других интересных штук. Горючее масло, алкоголь, ещё пару разновидностей консервированной пищи.
— Сдаётся мне, это всё же тупик, — высказался Рейн. — Придётся возвращаться обратно.
— Ну нет, херушки, — аж побледнел Мерлин. — Я к красному свету не пойду.
— Он мог уже исчезнуть, — предположил мечник.
— Не думаю, — покачал головой алхимик. — На ту гадость влиял холодный ветер из комнаты. Он наверняка пошёл бы и дальше, если б не температура.
— Значит, холод… — задумался я.
— Если ты прав, можно остудить воду и облить путь. Попробуем…
— Народ! Принцессу выплюнули! — послышался крик Дины.
Мы втроём переглянулись и поспешили обратно в комнату с механизмом.
Ди стояла у входа, задумчиво рассматривая валяющееся на земле тело.
Тия выглядела паршиво, будто уже перешла грань в мир мёртвых. За серым тряпьём было сложно понять, дышит ли она вообще. Ещё и вены как-то особенно ярко проступили на мертвенно-бледной коже.
Но интересно было другое.
Нога и рука девушки были на месте!
Вот только они теперь мало походили на человеческие конечности — левая рука стала грубее, и напоминала лапу хаархуса. Вместо ногтей теперь были короткие чёрные когти. Но в сравнении с ногой это была мелочь.
Левая нога девушки стала натурально птичьей лапой. Кожа медленно переходила в покрытую чёрными перьями конечность, и имела мало общего с человеческой. Но стояла девушка на ней довольно уверенно — во всяком случае длина была правильной и лишних суставов не появилось.
Да и в целом внешний вид Тии сильно изменился. Светлые волосы приобрели насыщенный тёмно-красный оттенок в тон алой слизи. Да и выглядели они, будто были слегка влажными.
Девушка с трудом зашевелилась. Жива!
Она что-то промычала и с трудом разлепила глаза.
В них не осталось ничего человеческого. На нас смотрели глаза хищной птицы — с чёрными белками и жёлтым вертикальным зрачком со странной окантовкой, будто в центре посадили янтарную кляксу.
— Тия..
