Покорность не для меня

Делать ничего не дают, читать нечего, учиться тоже особо нечему, разве что на кухню завалиться и потребовать, чтобы меня готовке учили — делаю я это очень плохо и вообще готовить не люблю, на полевых академических выездах меня никогда ответственной за кухню не ставили.

Может, мемуары начать писать? Потом копию одну отдам тайно Лойки для распространения. Вот это будет скандал в обществе. Подробно опишу, что должна и может делать нормальная женщина, по пунктам доказывая, что женщины тупыми и не самостоятельными становятся только из-за влияния общества, а не из-за особенностей их мозга, как доказывают местные ученые мужи.

Злобно похихикала в тишине своей спальни и начала вместе с Дерзким готовиться ко сну. Аниль твердо решила этой ночью показать Эйнеру все, чему научилась сегодня в танцах, так что у меня есть надежда, что единственным мужчиной в моей постели будет щенок.

Поздний вечер, но лойр не приходит.

Час, другой… уж полночь близится, а мне не спится. Представляю, как Эйнер кувыркается с Анили в кровати, в которой еще вчера спала я. Тихо бешусь.

В итоге поднялась, включила свет, распотрошила уже начавший увядать цветок, что подарил мне лойр. Полностью распотрошила подарок Эйнера, нашла в гардеробной толстый журнал мод и распределила меж его страницами лепестки цветка. Пусть будет гербарий. Действительно, зачем выбрасывать полезные цветы.

Ну вот, душа немного успокоилась, легла обратно в постель, а сон все равно не идет.

— Айра, почему вы не спите?

Подскочила от испуга.

— Мировую женскую революцию планирую. Эйнер, вы что здесь делаете?

— Спать пришел, моя дорогая, раз вы не удосужились дойти до моей спальни. Не вынимать же вас теперь из нагретой кровати и заставлять идти ко мне.

Лойр в тусклом свете ночника вполне себе спокойно начинает раздеваться.

— Подождите. Как вы так можете?

— Переспали с Аниль и ко мне?

— С чего вы решили, что я с ней спал? — вопрос Эйнер задал, уже залезая в мою кровать, при этом лойр взял щенка, что до этого грел мой бок, и аккуратно переложил его ко мне в ноги. Дерзкий даже не проснулся.

— Нет, я все время провел в лаборатории.