Покорность не для меня

Жидкость густая и сладкая. Выпила напиток до дна, причем с большим удовольствием.

Всхлипнула раз, другой… и больше не хочется плакать.

— Что со мной было? — поинтересовалась у лойра, который, оказывается, укутал меня в плед, и сидит рядом со мной на диване, крепко обнимая.

— Сильное энергетическое истощение. Укол был с успокоительные, а выпили вы восстанавливающий энергию напиток. Вас еще какое-то время будет морозить и лучше поспать, перед этим сытно поев.

Прерывисто вздохнула, закрыла глаза и… положила голову на плечо Эйнера.

Сама не понимаю, почему так сделала. Просто супруг кажется мне в этот момент таким спокойным и надеждым, а мне нужна поддержка.

— Айра, мне нужно знать, что выделали и с кем говорили, с того момента, как я от вас ушел. Все происходящее слишком сильно похоже на покушение.

— А… скажите. Когда вы ко мне подошли после поисков Аниль, я с кем-либо разговаривала?

— Нет, вы стояли в полном одиночестве, а потом начали пятиться назад.

— Знаете, возможно это и не покушение.

Подобные приступы у меня уже бывали с того момента, как я оказалась в канализации, правда со временем стали происходить все реже, и ни разу таких сильных не было, да еще и с галлюцинациями.

— Кто или что вам привиделось? — осторожно и вместе с тем напряженно поинтересовался Эйнер. Наверное, Клифорт сейчас думает о том, что слишком дорого заплатил за такую дефектную жену.

— Мне… — замолчала. Ну не рассказывать же про гадкого Лемана.

— Айра, — требовательно произнес супруг.

— Уже не помню. Всякая ерунда.

Клифорт тяжко вздохнул.

— Дорогая, если вы не будете со мной откровенны, я не смогу вам помочь.

— Разобраться в том, кто устроил на вас покушение, да еще и так виртуозно.

— Вы все-таки думаете, что это покушение?

— Почти уверен. А что касается ваших приступов — на момент поступления на торги вы были совершенно здоровы, причем и в плане энергетического баланса тоже. Я все проверил.

Молчу. В душе очень надеюсь, что Леман и наш разговор с ним мне только привиделся.

Я люто ненавижу брата и сестру Дойлер, но, как показала сегодняшняя встреча, теперь еще и до дрожи боюсь Лемана, было в нем что-то такое… действительно пугающее, на уровне инстинктов.

По щекам, одна за другой покатились слезинки. Боль от потери родных и всего моего мира до сих пор не утихает, и вряд ли когда-нибудь пройдет. Прошлое все равно настигает.

— Айра, пожалуйста, не плачьте, — просит меня Эйнер и признается.