Покорность не для меня

Было решено лететь именно в этом мир, поскольку условия в нем и его энергия наиболее совпадала с нашим. К моменту, как мы покинули мир, драконов было еще много, но мы не спаслись. Драконы умирали один за другим, превращаясь в пепел, а вместе с ними гибли, и связанные с ними люди никто не мог понять, в чем же причина смерти наших больших крылатых друзей.

К моменту, когда мы почти добрались до этого мира, у нас осталось всего трое полуживых драконов, их энергия давала жизнь и нам — горстке последних людей уникального закрытого драконьего мира.

Силами трех драконов мы открыли последний портал-переход в этот мир, и буквально ввалились в него. Последние драконы моего мира и люди умирали на моих глазах. Мой Дишер сел неудачно, и меня частично придавило. Я сломала руку, и мне зажало ноги, но это было не важно. Рядом со мной умирали дети и мой самый главный и важный на свете друг. Дишер ушел последним, я поймала его последний вздох и полный нежности и бесконечной любви взгляд, а еще его эмоции, чистые и добрые. Удивительно, но из всей драконий расы именно мой друг оказался последним. Со своим последним вздохом, Дишер словно вложил в меня частички свой уходящей жизни и силы.

— Я видела их там. На той поляне. Семья Дойлер были там. Ясный солнечный день, я их рассмотрела. Они приехали на портурах, они знали, что мы появимся, ведь послание император с сообщением о случившемся и о том, что мы летим в этот мир, с указанием точки выхода, должно было дойти до них — послов и представителей нашего мира в этом.

И… Дойлеры были далеко, мне кажется, я даже видела их улыбки и… они видели меня. Еще живую. Но ничего не сделали. Просто уехали. Только к вечеру пришли мальчики и Лойки нашел меня среди тел погибших.

— Айра, все, не плачь, — Эйнер обнял руками мое лицо и большими пальцами стирает слезы с моих щек. — Я знаю, тебе больно. Ты очень сильная, не представляю, как сам справился бы с тем, что пришлось пережить тебе.

Лойр вновь целует меня.

Поцелуй соленый, и в то же время горячий, быстрый, страстный.

— Эйнер! Перестаньте меня целовать! — Отстранилась от лойра. Супруг мой, похоже, позволив себе один поцелуй, теперь не намерен останавливаться и чуть ли не с каждой минутой действует все наглее.

— Невозможно удержаться, Айра. Вы сплошное искушение, а когда плачете, такая милая, беззащитная, хочется обнять, прижать к себе, целовать и целовать, чтобы заставить вас забыть обо всем.