Полдень, XXI век, 2003 № 04

 — Ну как же вам объяснить? В древности люди развозили депеши сами. Потом появился телеграф, телевизор, интернет, экстрасеть — и человеку уже не надо скакать на лошади, чтобы передать письмо! Поймите правильно, я не говорю, что ракетные полеты это плохо! И не говорю, что кататься на лошади плохо, я сам увлекаюсь лошадьми! Но если мы говорим о передаче информации и личных впечатлений — а именно эти вопросы решает моя космонавтика, — то здесь наша технология незаменима.

— Вот у меня сразу такой вопрос, — сказала дама в меховом воротнике.

 — Если вы говорите, что не против космонавтики, то чем вы объясните, что современную молодежь так мало интересуют подвиги Гагарина и Рысакова?

— Марат Рысаков, между прочим, в ваши годы уже бывал на Венере! — вставил Хлебосольников.

— О том и речь, — кивнул Президец. — Почему такой интерес у молодежи, пардон, к медитациям Евгения Зайцева?

— Ну, видимо, это интересно… — развел руками Женя. — Откуда я знаю, почему такой интерес? Я сам с большим уважением отношусь и к Гагарину, и к Рысакову, и вся наша школа с большим…

— А я знаю откуда! — заявила Ильинична.

 — Потому что рекламируете себя в прессе и гребете немалые деньги на этом! Ведь гребете?

— А что им? — неуклюже повернулся к Ильиничне полный Президец. — Им же топлива не надо, ремонта им не надо, оборудование не покупать. Сел на подстилку, глаза закрыл, заснул — и полетел, полете-е-ел…

В зале ехидно засмеялись.

— Я не спал уже сутки, — сказал Женя хмуро. — Сегодня в ночь мы летали на Сириус. Обследовали две планеты, нашли третью, о которой ничего не было известно.

И понятно почему — у нее минимальная масса, под коркой базальта находится пустота, каверна! По сути, это окаменевший пузырь магмы, орбита которого…

— Вы это сами видели? — перебил спортсмен Президец и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Мне непонятно только одно: при чем тут космонавтика?

Хлебосольников повернулся к нему и поднял вверх указательный палец.

— Вот совершенно верно сейчас вопрос ставит Марк Петрович! Действительно, при чем тут космонавтика? Поправьте меня, если я туго понимаю: вы можете сколько угодно меди… медити… тировать, если я правильно произношу это срамное слово, вы можете спать на циновке или управлять по радио манипуляторами, но как вам не стыдно называть это космонавтикой? Вы сидите на Земле и смотрите в небо — как астроном! Правильно? Но астрономы не называют себя космонавтами!

Зал разразился аплодисментами, но тут поднял дрожащую руку космонавт-межпланетник Селиченко.