Полдень, XXI век, 2003 № 04

Может, он еще не совсем умом тронулся, и стоит дать ему поручение нанести революционный визит к соседям?

— Дать-то можно, а толку с его умом? — отмахнулся Карл безнадежно. — Ходу ему до первых встреченных голубя или вороны. Хотя, в общем-то, почему не дать? Хуже от этого, во всяком случае, никому не будет.

— Насчет ума помолчал бы. Далеко ты со своим умом в прошлый раз дошел? До первой встреченной подошвы, и та в говне.

«Уж при Кольке могла бы и не вспоминать». Карл обиженно прикусил педипальпу, краснея не лицом, по-людски, а по-паучьи — брюшком и задом.

— Так что этот вариант проработай, — продолжала Калерия. — А тебе… — посмотрела она на Кольку. — Ты возьмешь своих дружков-стеклотарщиков и будешь с ними опекать сибирячку.

— Опекать это пугать или щупать? — не усвоил задачу Колька.

— Опекать — это ходить за ней следом и наблюдать, с кем она встречается.

— Как же за ней ходить-то, когда ни я, ни кто из ребят ее в глаза ни разу не видели? Пойдешь, а потом окажется — не за той.

— Увидишь, и очень скоро.

Сегодня она собирается наведаться к Ванечкиной мамаше. Когда она будет от нее выходить, пристроишься за ней следом. Важно выяснить, где эта сибирячка живет и не встречается ли она с кем-нибудь из институтского персонала.

— У него на лбу не написано, ну, у этого, с которым она встречается, что он работает в институте.

— Не написано, значит, спросишь. А не ответит, значит, спросишь еще раз. Твой Глюкоза с твоим Компотовым разве не знают, как с людьми разговаривать?

— Витя, что это, объясни, пожалуйста, ты же редактор книги.

Вот, сейчас… — Николай Юрьевич, хозяин, директор и главный редактор «Фанты Мортале», вытащил из пачки листов один и прочитал подчеркнутую красным карандашом строчку: — «Пусть жизнь меня в землю втоптает». — Он поморщился и протянул листок собеседнику.

Тот взял его, повертел в руках, сощурил глаза, задумался.

— Да, — сказал он спустя мгновенье. — С грамотностью у Лыкова туговато. Но зато он берет образностью.

— Слушай, дорогой, мне не важно, образностью он берет или чем.

Мне нужно, чтобы было по-русски. Чтобы перед читателем потом не краснеть.

— Хорошо, Николай Юрьевич, я исправлю. Ага, пусть будет «вминает». Нормально? По-моему, ничего. Вы как? — Собеседник господина директора торопливо написал на листке корректорский значок и замену. — Да, Николай Юрьевич, я тут вашего редактора встретил. Вепсаревича Ивана Васильевича, ну, который на «Библиотеке шедевров».

— Как? — не понял Николай Юрьевич.