Полдень, XXI век, 2003 № 04

Но свечки нам пригодятся тоже. Вы где живете?

— Рядом, — сказала Машенька, — угол Съезжинской и Большой Пушкарской. Только я сейчас домой не пойду, у нас в подъезде… ну, в общем, крыса. Она вообще-то живет в подвале, но днем, когда все работают, выходит из подвала на лестницу. Я боюсь…

— Крыса, — сказала Лёля и рассмеялась. — Отлично, пусть будет крыса. С крысой легче, чем с тигром или собакой. Вы курите?

— Давайте посидим на скамейке, вон там, в садике. Вы покурите, а я вам кое-что расскажу.

Ну а после пойдем разбираться с крысой.

Дверь в подвал была на запоре. Лёля змейкой, запечатанной в перстеньке, приложилась к замочной скважине, дужка звякнула и слетела с ригеля. Первой Лёля, следом Машенька — боязливо, — девушки спустились в подвал. Узкий луч Лёлиного фонарика выхватил из пустого мрака смолёную обвязку трубы и ржавый с выбоинами кирпич за ней. В стене у пола, как раз под трубой, мрак был гуще, и оттуда тек грязный воздух.

Лёля сделала Маше знак и показала на дыру под трубой.

— Там, — сказала она чуть слышно. — Я полезу, а ты оставайся здесь.

— Я боюсь. — Машенька вздрогнула и вплотную прижалась к Лёле. — Она выскочит — я умру от разрыва сердца.

— Хорошо, только дырка тесная, не под твою фигуру.

— Главное, чтобы голова пролезла. Остальное мягкое, как-нибудь протащу.

Дыра их пропустила обеих, с трудом — Машеньку, а Лёлю легко.

Место, где они оказались, было чем-то вроде хранилища всякого ненужного хлама. Лёля с Машей отыскали угол почище и примостились на нешироком выступе, постелив на кирпич газету. Но перед тем как вот так устроиться, Лёля вынула из заплечной торбы переплет от сочинения Степана Колосова «Жизнь некоторого мужа и перевоз куриозной души его через Стикс реку» и бросила кожаную приманку в пыль возле ног.

Пять минут они провели в молчании. Затем Машенька негромко чихнула, прикрывая ладонью рот.

— Это к счастью, — сказала Лёля, и Машенька тогда чихнула еще.

— Я до ИНЕБОЛа в Первом меде работала, на хирургии, сестрой-анестезисткой. Так был у нас случай, мы одного эфиопа оперировали. Что-то простое, вроде язвы двенадцатиперстной кишки. Наши хирурги за десять минут такие операции проводят, а когда под этим делом, так вообще минуты за три. Насобачились. Ну так вот.