Полдень, XXII век

Если бы он меня не треснул, я бы его не выпустил! Он мягкий и теплый, вроде ребенка. И голый…

– Мы тоже его чуть не поймали, – сказала Таня, – но он превратился в птицу и улетел.

– Ну-ну, – сказал Фокин. – Превратился в птицу…

– Действительно, – сказал Рю. – Он свернул за угол, и оттуда сразу же вылетела птица.

– Ну и что? – сказал Фокин. – Он спугнул птицу, а вы рты разинули.

– Совпадение, – сказал Мбога.

Комов подошел к ним, и они остановились.

– Что, собственно, произошло? – спросил Комов.

– Я его уже держал, – заявил Фокин, – но он треснул меня по лбу.

– Это я уже слыхал, – сказал Комов. – С чего все началось?

– Я сидел в тюках, в засаде, – сказал Мбога. – Я увидел, что кто-то ползет в траве прямо посреди улицы. Я хотел поймать его и вышел навстречу, но он заметил меня и повернул назад. Я увидел, что мне не догнать его, и выстрелил в воздух. Мне очень жалко, Геннадий, но кажется, я напугал их.

Воцарилось молчание. Потом Фокин спросил с недоумением:

– А что вам, собственно, жалко, доктор Мбога?

Мбога ответил не сразу.

– Их было по крайней мере двое, – сказал он. – Одного обнаружил я, другой был у вас в палатке. Но когда я пробегал мимо вертолета… Вот что, – закончил он неожиданно. – Надо посмотреть. Наверное, я ошибаюсь.

Мбога неслышно зашагал к лагерю. Остальные, переглянувшись, двинулись за ним. У здания, на котором стоял вертолет, Мбога остановился.

– Где-то здесь, – сказал он.

Фокин и Таня немедленно полезли в черную тень под стену, Рю и Комов сверху вниз выжидательно смотрели на Мбогу.

– Ничего здесь нет, – сказал Фокин сердито.

– Что же я увидел?.. Что же я увидел?..– бормотал Мбога. – Что же я увидел?

Раздраженный Фокин вылез из-под стены. Черная тень лопастей вертолета скользнула по его лицу.

– А! – сказал Мбога громко. – Странная тень!

Он бросил карабин и с разбегу прыгнул на стену.

– Прошу вас! – сказал он с крыши.

На крыше за фюзеляжем вертолета, словно на витрине магазина, были аккуратно разложены вещи. Здесь был ящик с маслом, тюк с индексом «Е-9», пара башмаков, карманный микроэлектрометр в пластмассовом футляре, четыре нейтронных аккумулятора, ком застывшего стеклопласта и черные очки.

– А вот и башмаки, – сказала Таня. – И очки. Я их вчера утопила в речке…

– Да-а-а… – сказал Фокин и осторожно огляделся.

Комов словно очнулся.

– Рю! – быстро сказал он. – Мне необходимо немедленно связаться с «Подсолнечником». Фокин, Таня, сфотографируйте эту выставку! Через полчаса я вернусь.