Поле сражения
0 прочтений
Не убежит…
Бобров оказался действительно человеком не из приятных. Низкорослый, колченогий, в засаленной, рваной местами одежде, он встретил меня у калитки, зло посмотрел маленькими рысьими глазами, спросил хрипло:
Я сказал, что хочу выяснить у него кое-что из событий двадцать первого года.
– Нечего у меня выяснять! – огрызнулся он. – Иди вон к воспоминателям! Наговорят три короба. Все знают! Всё записали и наизусть выучили. А я ничё не знаю! Иди!
– А Анну Петровну Тарасову вы не знали? – удержал я его.
Он удивлённо посмотрел на меня, и злоба в его глазах приугасла.
– Это она? – спросил я его и протянул фотографию. – Посмотрите получше, снимок поздний.
– Может, вы запамятовали? Сколько время прошло!
– Говорю, не она!.. Заходи, покажу тебе её.
Усадив меня на расшатанный стул, он полез в ящик облупленного комода и достал оттуда пачку старых бумаг. Порылся в ней, нервно выдернул из середины пожелтевший снимок и кинул мне. Это была групповая фотография с подписью «Конференция Приленского уездного КСМ».
– Вот она, – ткнул он пальцем в фигурку на третьем ряду.
Конечно, ничего общего со снимком Тарасовой эта фигурка не имела.
– А может, эта? – показал я на другую девушку.
– Нет, та! – крикнул Бобров. – Ты меня не лови!
Я рассказал ему историю своих поисков. Он слушал не перебивая, потирал небритый подбородок и время от времени как-то неопределенно хмыкал.
– Мудрецыыы! Вот так каждый гад чужие заслуги себе приписать хочет. Почитаешь другого воспоминателя, так можно подумать, что этот болтун всю революцию своими руками сделал.
– А вы точно знаете, что она погибла?
– А кому и знать? Я о каждом шаге её знал.