Поле сражения
0 прочтений
Правда, влюблённость эта скоро прошла, но ей было жалко своего чувства, и она теперь всячески настраивала себя против Черепахина и той, на которую он применял её, Катину, любовь.
Они прошли в Катину комнату. В комнате было только самое необходимое, и это, казалось, больше всего занимало гостью.
Катя наблюдала за ней, завидовала её красоте и свободной манере держаться.
«Хороша, хороша она, – думала Катя, – за такими мужчины и кидаются. Что же мне в ней не нравится? То, что она такая резкая, как на пружинах? В маскарадах всегда испанкой наряжалась, наверное.
– Вы что-то хотели сказать, Catiche?
– Нет. Просто завидую вашей красоте.
– Не вам бы завидовать, Catiche. И вы это знаете. Мы, женщины, всегда о себе лучше других всё знаем. Вы красивы очень по-русски. От таких иностранцы без ума.
«Откуда она знает всё?» – удивилась Катя. Почти точно такие слова сказал ей галантный французский дипломат мсье Пишо на вечере у генерал-губернатора, куда она была приглашена в числе достойнейших институток.
– Вы живое воплощение России, – сказал он тогда. – Я очень люблю Россию, боюсь, что полюблю и вас…
А потом он нанёс Машариным несколько визитов. Об этом Катя часто и с удовольствием вспоминала.
Она ничего не успела ответить гостье, так как снизу притопала Мотря и позвала их в гостиную.
Там всё уже было готово и ждали мужчин.
Ольга Васильевна, заметив, что отец Анисим с любопытством поглядывает на Черепахину, догадалась, что они незнакомы, и представила его.
– Премного доволен знакомству, – поклонился поп. – Что же не видно вас в храме Божием? Или по моде в атеисты пошли?
– Нет, я бываю, – возразила Анна Георгиевна. – Недавно проповедь вашу слушала. Мне понравилось. Вы хорошо знаете свой приход, отец Анисим.
– Это когда я о верности супружеской? Неубедительно говорил.
Анна Георгиевна батюшку не дослушала. В гостиную вошли мужчины.
Дмитрий Александрович, откровенно счастливый и уже чуть навеселе, шёл первым, и половицы гнулись под его плотной фигурой. За ним шагал Черепахин, тонкий и прямой, а сзади всех возвышался младший Машарин.
Как и отец, он был светел волнистым волосом и так же курчав бородкой, только в кости потоньше и ростом повыше.