Поле сражения
0 прочтений
Война, Анна Георгиевна, война.
– Надоела мне эта война ваша, – вставила Катя, чтобы перебить разговор брата с неприятной ей женщиной. – Никому она не нужна. Ведь ты не стал бы больше воевать, Саша?
– Война, Екатерина Дмитриевна, не забава, – ответил за него Черепахин, – особенно внутренняя война. Её не прекратишь по желанию. И мирного договора не подпишешь. Вопрос стоит о физическом истреблении противника. Иначе ничего не получится.
– Ирод резал младенцев, однако Христос, спаситель наш, жив поныне и присно, – заметил поп.
– Что вы этим хотите сказать? – резко обратился к нему Черепахин.
– Меч вызывает меч, а смирение благо даёт.
– Значит, мириться надо с большевиками? А я говорю, вешать их надо! И мы перевешаем их. И тогда придут смирение и благо. Завтра очистим от них Сибирь, а послезавтра всю Россию. Только так и не иначе. А вы замолите грехи наши, отец Анисим.
– Грех не замолишь. Грех страданием искупить надо.
– Пострадали, хватит. Да что говорить – дело уже сделано. Советам конец. Получил сегодня сообщение: Иркутск в наших руках.
– Что ты подразумеваешь под словом «порядок»? – спросил Александр.
– Искоренение большевизма и установление республики, Саша. Только это. В крайнем случае отмежуемся от России и провозгласим Сибирскую республику. Независимую.
– Много крови ещё прольется, – сказал поп.
– Ничего. Род приходит, и род уходит, а земля пребывает вовеки.
Тяжело, как туча, прошёл он по комнате и от дверей ещё раз попрощался со всеми.
– Нагрузился батюшка, – усмехнулся Черепахин.
– А ведь он прав, – сказал хозяин, заметно отрезвев. – Прав, хоть и пьян. Круг не завершён!.. Умён, бестия! Вот кого бы вам в генералы, Андрюха. А то ваши все… Впрочем, он тоже не годится. Умён, а расплывается, как тесто по столешнице… А ты, Андрюха, врёшь, что Сибирь проживёт без России. Это у любого приказчика спроси – не проживёт. На второй день сожрут её если не англичане, то французы или ещё какая чума. Нет, без России ничего не выйдет. Задохнёмся.