Полет Стрижа

— Тогда это совсем просто. Поедете на барахолку на кольцевой, найдете Марата. Его там все знают, на лице у него вот здесь, — он показал на правую щеку, — большое красное пигментное пятно.

— А он поверит нам? — усомнился Стриж.

— Держитесь соответственно. Надеюсь, как патроны на фене, знаете?

Стриж напряг память.

— Маслята?

— Верно. Если засомневается и спросит, кто дал наколку, сошлитесь, например, на Зуду.

— Ладно.

— Еще какие вопросы?

— Пострелять, — напомнил Андрей.

— Ах да, — нахмурил лоб Винтер. — Это даже сложнее.

В наш тир не стоит соваться.

— Что это так?

— Лучше вам там не светиться.

Винтер не стал посвящать их во все детали затеянной им крупной игры. Ведь все, что творилось в этой квартире, было чистой самодеятельностью хозяина. Ему давно уже надоело ходить в подчиненных у майора Заславского, человека старой формации, с весьма подозрительными связями, даже не профессионала. Повинуясь духу авантюризма и противоречия, Винтер шел на риск, больше доверяя интуиции, чем здравому смыслу.

А еще перед глазами стоял пример Семенова, умудрившегося с помощью вот этих людей выкрутиться из более сложной ситуации.

— Ну ладно, что-нибудь придумаем. Если больше вопросов нет, я позволю дать вам несколько жизненно важных советов. Постарайтесь сделать так, чтобы на вашей лестничной площадке всегда горел свет. Это важно, если выходишь из квартиры, мало ли какие подарки готовит вам жизнь…

Короткий, но интенсивный инструктаж позволил гостям оценить меру своей легкомысленности и наивности в таком сложном вопросе, как личная безопасность.

Методов для их уничтожения оказалось гораздо больше, чем они думали.

— Ну что, не запугал я вас? — с улыбкой спросил Винтер в конце бесплатной лекции.

— Да нет, — переглянулись друзья. — Наоборот, спасибо.

Они поднялись с места и направились к выходу, когда Стриж все-таки задал вопрос, что так и вертелся у него на языке с самого начала беседы.

— Да, а что это вы красавца Семенова в Мартышки записали?

Винтер рассмеялся.

— Именно поэтому так и прозвали.

Чтоб не зазнавался, а то он себя одно время в училище этаким Джеймсом Бондом почувствовал. Ничего, он понял.

— Ну, теперь он вам это всем припомнит. Сейчас попрет в гору с папиной помощью. Вот медовый месяц отгуляет только, а потом скажет: кто там меня в свое время Мартышкой называл?

Винтер отрицательно покачал головой.

— Зря вы так о нем. Он майора и орден за дело получил. Выдернул из чеченского плена восьмерых солдат. Сам тяжело ранен был.