Полет ворона

– А… что тут такое… где это мы?

– Все вопросы, родной, тут задаю я! – разъясняю ему текущее положение дел. – Времени у меня немного, поэтому ходить кругалями не стану. Кто тебе дал на меня наводку?

– Мужики, да вы что?! Я спрятаться там хотел! Стрельба же пошла – мама не горюй!

– Так… – вздыхаю я. – И этот туда же… Ладно, вяжите его к колоде! Вова – твой клиент!

– Водки дайте! – ворчит наш медик. – Я и с первым-то уже упарился…

Подходит к клиенту, приподнимает его подбородок.

– Хиляк… Быстро сомлеет. Надолго не хватит его!

Наш эскулап критически осматривает злодея.

– Ну… Минут двадцать – потом поплывёт.

– Смотри! Хилые – они порою крепкие попадаются.

Медик вздыхает и быстро тычет злодеюку пальцем под ребро. Опа!

Тот аж в три погибели согнулся – пальцы у Вовки только что не железные.

– А ты говоришь – крепкий! Двадцать минут – край!

С киллера сдёргивают одежду и сноровисто притягивают верёвками к колоде. Особо не миндальничают, затягивают путы так, что злодей крякает от боли.

– Ребята! Мужики, да вы что?! И так всё скажу!

– Так – неинтересно! – качаю я головой. – Ты ведь соврёшь – недорого возьмёшь. Да и практика Вовке нужна – не каждый день такие вот клиенты попадаются! Вот когда он тебе чего-нибудь такое отрежет – тогда и врать больше неохота будет!

– Я ж и помереть могу! Как это… От шока – вот!

Врач демонстрирует ему шприц.

– А у нас и противошоковое есть – для таких пациентов не жалко! Так что не боись – сразу не откинешься. Мы с тобой ещё поговорим…

– Князь такого не одобрит!

Оглядываюсь по сторонам.

– Эй, парни, а где у нас тут князь? Нету? Вот и я смотрю… Не повезло тебе, любезный, нетути здеся такого человека… некому нас поругать! Так что – не обессудь! Давай, Вова, а то он, того и гляди, простудится… А там и до воспаления лёгких недалеко! Глядишь – и окочурится раньше времени.

Митяй реально запаниковал. А больше всего его добило то, что никто не проявлял особого желания лезть к нему с расспросами. Как это я когда-то прочёл в одной хорошей книге: «Вы энтузиасты своего дела – и потому я вас не боюсь».

Так вот, в лице моих ребят он увидел как раз не энтузиастов, а абсолютно равнодушных людей. Которым тридцать три раза начхать на все его россказни. Положено что-то там с ним сделать – и сделают, не слушая никаких откровений. А будет он при этом говорить или петь фальцетом – равнофиолетово… это не главное.

Да и валяющийся на полу мертвец тоже никакого энтузиазма в злодея не вселял.