Выходные были единственными днями, когда ему удавалось насладиться утренним сексом и он был очень разочарован из-за некстати нарисовавшейся встречи. После тренировки Андрей обычно будил Котенка поцелуями и ласками, а после долго и медленно трахал, пока она не начинала молить о пощаде. После пары часов в постели, они вместе завтракали и проводили время с Соней. По субботам у малышки были танцы, на которые они ходили втроем, а после ужинали в каком-нибудь заведении с приличным детским меню. Соня засыпала по дороге домой и, уложив ее спать, они с Катей просто расслаблялись вместе.
Или работали. В последнее время Катя тоже стала брать работу на дом, у нее наметилась какая-то важная сделка. Ее изменившиеся поведение Андрей списывал на стресс, но ему очень не нравилась отстраненность жены. Они будто вернулись в начало их брака, когда каждый жил своей жизнью, а Катя всеми силами пыталась эмоционально отстраниться от него и не пускать в свое личное пространство. Андрей ненавидел это, но пока терпел.
Он обещал не вмешиваться в ее работу после того, как они поссорились на этой почве пару месяцев назад, и держал слово. В конце концов, скоро майские праздники, он запланировал поездку на Бали, где Катя отдохнет и расслабится. Они оба снимут стресс и снова все войдет в прежнюю колею, а он получит назад своего Котенка, которого сейчас заменила грозная и неприветливая Екатерина Станиславовна.
Выйдя из душа и увидев, что пока нет и девяти, Андрей рассудил, что до встречи с Бояровым еще успеет накормить завтраком свою малышку.
Одевшись, он тихо вышел из комнаты, чтобы не разбудить Катю, и направился в детскую. Соня, как ни странно, только просыпалась. Она лежала в кроватке, сонно протирая глаза кулачками, а увидев его, села и протянула к нему ручки. Андрей взял дочь на руки и поцеловал в макушку.
- Доброе утро, Куколка. Пойдем кушать?
Соня хихикнула.
- Сначала умиваться, папа.
- Ну, умываться, так умываться.
Андрей не переставал удивляться тому, как похожа она на свою мать.
Казалось бы, ребенок, но Соня все делала по правилам, так, как ее и учили. Она всегда здоровалась с людьми при встрече, не устраивала истерик, соблюдала режим, установленный для нее и наотрез отказывалась есть в пижаме. Пришлось повозиться, помогая ей умываться и одевая в выбранное ею же платье. Расчесав волосы девочки, которые были довольно длинные для двухлетнего ребенка, он просто собрал их в кособокий хвост и повел дочь на первый этаж.
