Такие близкие всегда.
– Вик, я правда не знаю. В последнее время мы с Людой не очень часто общаемся.
– Знаешь, мне кажется, у них всё идёт к разводу, – продолжает Вика и к ней подключается Света, мол, да, она тоже это заметила. Оказывается, ту ссору на даче, когда пьяная Людка чихвостила Данила, слышали все друзья.
Мне не по себе от этих разговоров. Мысленно уносит в тот вечер, где я и Данил в одном бассейне. Интересно, нас кто-то тогда видел?
От воспоминаний щёки вспыхивают румянцем.
Залпом выпиваю ещё один бокал холодного шампанского.
Приказываю себе не думать о Даниле, не вспоминать тот поцелуй на заброшенном стадионе. Хотя как не вспоминать, когда он мне постоянно снится?
– Девочки, давайте переключимся на другую тему? – предлагает Аня, заметив моё смятение.
Благодарно улыбаюсь Ане. Ну хоть кто-то догадался, что мне неприятно. Все же хорошо помнят историю нашего любовного треугольника. И пусть история десятилетней давности, но всё-таки можно же специально не наступать на больной мозоль?
Вроде всё проходит нормально.
Никто больше не говорит о Потоцких. Я даже успеваю немного охмелеть, выпив на пустой желудок несколько бокалов.
Данил приходит в ресторан в самом разгаре вечера. Его я чувствую сразу. Дрожь мелкими бусинками рассыпается по телу. Волоски на коже встают дыбом.
Медленно оборачиваюсь. Смотрю через плечо. Сглатываю подкатывающий к горлу ком.
Данил сегодня в строгих брюках и светлой рубашке с небрежно закатанными до локтей рукавами. Видно, что приехал сразу после работы.
Отыскав взглядом Лёху, Потоцкий широким шагом идём к столу.
Я напрягаюсь. Вжимаюсь в спинку стула. Боюсь встретиться с ним взглядом.
Сделав вид, что очень занята разглядывание стейка на тарелке, пытаюсь контролировать реакцию своего тела. Тщетно. Каждая мышца напряжена. Волнение усиливается с каждой секундой.
– Я покурить, – говорю Свете, хватаю сумочку и быстро иду на выход.
Чувствую на спине взгляд. Не оборачиваюсь, потому что не хочу знать, кто так усердно прожигает дыры у меня между лопаток.
Если Санёк, то всё нормально. Остальные ничего не поймут, а на Данила мне как-то пофиг, да.
Выхожу на летнюю террасу. Руками упираюсь в деревянные перила. И глубоко дышу, будто за мной гнался волчара.
Ухмыляясь своим мыслям. Нет, Настя. Не будто. Ты и правда бежишь, только не от вымышленного волчары, а от искушения снова оказаться в плену своих чувств. Себе-то можно не врать?
Достаю из сумки айкос, вставляю стик. Жду, когда нагреется табак и прибор завибрирует.
