– Дань, я пойду, – не дождавшись ответа, разворачиваюсь, но на запястье смыкаются пальцы.
– Останься, пожалуйста, – просит он.
Сгребает меня в охапку со спины. К своему торсу прижимает.
Я дышу рвано. Сердце срывается на галоп. А он губами прижимается к моей шее, целует изгиб. Шепчет, что я нужна ему. Очень-очень нужна.
Глава 10
Я и сама не замечаю, как выгибаюсь, подставляя шею для поцелуев.
Глаза закрыты, а на подкорке всплывает цитата из романа Бегбедера: ""Что хуже – заниматься любовью, не любя, или любить, не занимаясь любовью?"".
Не знаю, почему всякий бред лезет в мою голову в самый неподходящий момент. Возможно, я просто не умею отключать разум и доверять только сердцу. Ведь всё тело сейчас тянется к Данилу, жаждет близости с ним, но в мыслях я всё ещё пытаюсь сопротивляться.
– Настенька, моя хорошая, – его низкий голос над моим ухом. Бёдра прижаты к ягодицам. – Моя красивая девочка.
Сердце стучит быстро как у испуганного зайца. Руками хватаюсь за руки Данила. Совсем немного, ещё чуть-чуть и я смогу его оттолкнуть.
Но не отталкиваю и уже через мгновение, оказавшись лицом к лицу, Данил грубо впечатывает в мои губы поцелуй.
Рот невольно приоткрывается, и я чувствую на языке привкус кофе вперемежку с никотином.
Затягивает как в омут. Меня полностью парализует близость его разгорячённого тела, так плотно прижатого к моему."
"Я кладу ладони на его плечи. Прикасаюсь робко, почти как школьница. А губы открываются навстречу его губам, языки сплетаются: дразнят друг друга, ласкают.
Мысли набатом стучат в голове: беги, беги пока не поздно.
Но как бежать-то, когда внизу живота пульсирует горячий поток. Это какой-то грёбаный садомазохизм: я знаю, что получу удовольствие, как и моральную боль. Я сто процентов пожалею об этом потом. Буду ругать себя за аморальность, займусь самоедством.
Но возбуждение нарастает с каждой секундой. Оно давит на меня тяжёлым прессом, заставляет прижиматься к Данилу ещё сильнее, ещё с большей жаждой впиваться в его губы губами, прикусывать их и посасывать.
Приспустив бретельку топа, Данил целует моё плечо. Рукой забирается под юбку, ползёт вверх, пока не останавливается на ягодице. Ныряет под кружево трусиков, ладонью сжимает кожу.
Первый стон выдыхаю ему в губы, зарываясь пальцами на макушке и оттягивая волосы.
– Доверься мне. Моя девочка. Моя хорошая. Настенька.
Прервавшись, Данил заглядывает в мои глаза. Взгляд туманный, наверное, мой сейчас такой же. Наши грудные клетки вздымаются от тяжёлого дыхания.
