Полночь

— Теперь доволен? — проурчал он. — Хотели на волю, я и вывел вас на волю.

— Да… Конечно! Спасибо тебе, Пурди! Это просто великолепно.

— Не ожидали такого от «безмозглого клубка шерсти»? — спросил Пурди, многозначительно покосившись на Грачика, который как раз протискивался в дыру.

Ежевика с Грачиком переглянулись. Ежевика подозревал, что старик ничуть не меньше, чем они, удивлен таким поворотом событий, но старается не подавать виду. Впрочем, какое это теперь имело значение? Территория Двуногих осталась позади, и они снова могли пуститься на поиски места-где-тонет-солнце.

Перебежав через тропинку, коты начали взбираться на холм. Ежевика мгновенно воспрянул духом, почувствовав свежую траву под лапами и вдохнув полную грудь лесных запахов. Снова очутиться под деревьями было почти так же здорово, как вернуться домой!

— Вот это другое дело! — воскликнул Ураган, окинув взглядом заросли папоротников и высокой, прохладной травы. — Я бы остался здесь до вечера и на ночь. Рыжинка может как следует вы спаться, а мы пока поохотимся.

Ежевика с трудом удержался от возражений. По мере того, как дни шли за днями, его все сильнее и сильнее тянуло к месту-где-тонет-солнце; однако он понимал, что они скорее доберутся до цели, если как следует отдохнут.

Все, кроме Рыжинки, дружно одобрили предложение Урагана.

— Не стоит останавливаться ради меня, честное слово! — попросила она.

— Это не только ради тебя, мышеголовая! — проурчала Белочка, зарывшись носом в золотистую шерсть сумрачной воительницы. — Нам тоже нужно отдохнуть и подкрепиться.

Стараясь держаться поближе друг к другу, коты медленно углубились в лес и стали искать подходящее место для отдыха. Через каждые несколько шагов Ежевика останавливался, чтобы понюхать воздух, но вокруг не пахло ни лисой, ни барсуком, ни чужими котами, ни какой другой опасностью. Зато воздух был просто пропитан ароматами дичи, и вскоре у Ежевики рот наполнился слюной от мыслей о сочной мышке, а еще лучше, свежем кролике.

Наконец они вышли на место, где земля слегка понижалась, и за густыми кустами боярышника бежал узенький прозрачный ручеек.

— Лучше места не найти, — решил Грачик. — Тут и вода, и укрытие, и никакие хищники не смогут незаметно к нам подкрасться, даже если они тут водятся.

Рыжинка, которая снова начала тяжело хромать, почти скатилась по склону и зарылась в мох между двумя извилистыми корнями. Ее зеленые глаза были затуманены болью и усталостью. Ласточка уселась рядом и снова принялась вылизывать ее рану.