Полночь

Он заметил пляшущее пламя, и в горле у него запершило от дыма. Двое Двуногих малышей с громким писком мчались ему навстречу. Ростом они были не выше лисицы, а лапы у обоих были толстые и неуклюжие. Совсем близко послышался заливистый собачий лай.

— Белочка, ни шагу от меня, — прохрипел Ежевика, но, обернувшись, понял, что рыжая ученица куда-то исчезла.

И тут до него донесся отчаянный крик Урагана. — Держитесь вместе! Сюда! Ежевика огляделся, но не увидел никого из своих товарищей. Лапы сами собой понесли его к кусту остролиста, который казался единственным убежищем среди окружающего безумия.

Проехавшись животом по земле, Ежевика забился поглубже, и тут же почувствовал под боком чью-то шерсть. Раздался испуганный всхлип, и в тусклом свете Ежевика с трудом разглядел серую шкуру Ласточки.

— Это я! — прошептал он.

— Ежевика! — дрожащим голоском промяукала Ласточка. — А я думала, это собака.

— Ты не видела остальных? — спросил Ежевика. — Не знаешь, куда подевалась Белочка?

Ласточка покачала головой, ее голубые глаза были полны страха.

— Не беспокойся, ничего с ними не случится, — подбодрил ее Ежевика и лизнул в ухо. — Схожу погляжу, что там творится.

Он подполз на два хвоста ближе и, наконец, смог осмотреться. Пожар, к счастью, оказался всего-навсего кучей пылающих сучьев, сваленных неподалеку от того места, где он выскочил из изгороди. Взрослые Двуногие кормили костер новыми ветками, а Двуногие малыши им помогали. Ежевика слышал собачий лай, но никак не мог разглядеть самой собаки, потому что дым мешал обзору.

Но хуже всего было то, что он по-прежнему не видел никого из своих товарищей.

Ежевика обернулся к Ласточке и прошептал:

— Иди за мной. Двуногие на нас не смотрят.

— А как же собака?

— Я не знаю, где она, но здесь ее нет. Слушай, вот что мы с тобой сейчас сделаем! — Ежевика по?

Сам он не слишком верил в свои слова, зато Ласточка заметно успокоилась.

— Как ты думаешь, что нам теперь делать? — спросила она.

— В садах слишком опасно, — вслух размышлял Ежевика. — Лучше нам держаться с той стороны ограды, возле Гремящей Тропы. Если мы будем идти по траве, чудища ничего нам не сделают. Рано или поздно гнезда Двуногих закончатся, и будет полегче.

— Но как же остальные?!"

"Это был вопрос, на который он не знал ответа. Они не могли искать товарищей, когда кругом столько Двуногих и собак, но оставить их здесь тоже было невозможно.