— Вы никуда не поедете, моя очаровательная мисс Смит.
Запрокинув голову, Антония посмотрела ему в глаза. Рейнло держался с непринужденной грацией уверенного в себе человека. Лишь когда он стоял так пугающе близко, Антония вспоминала, какой он высокий. От его пристального взгляда ее бросило в дрожь.
Рейнло наклонился и глубоко вдохнул, словно вбирая в себя ее запах. Ощущение было на редкость волнующим.
Десять томительных лет Антония вела праведную жизнь. Лорд Рейнло пробудил в ней необузданную страсть. Ей было так же трудно противиться ему, как семнадцатилетней Антонии Хиллиард противостоять лживому очарованию Джонни Бентона.
Если она оступится снова, ее ждет заслуженная кара.
— Я не уступлю вам, — холодно проговорила Антония, хотя сердце ее бешено колотилось, а кожа пылала от желания.
— Конечно, нет, — прошептал Рейнло тем же проникновенным тоном, каким успокаивал ее лошадь."
"И хотя Антония кипела негодованием, низкий бархатный голос маркиза завораживал ее так же, как усмирял беспокойное животное.
Она мучительно пыталась подобрать слова, чтобы дать маркизу резкий отпор. Пока продолжалась их словесная дуэль, у нее еще оставалась надежда ускользнуть. Но близость Рейнло, жар его тела, взгляд, полный нескрываемого вожделения, лишали ее мужества. Мысли Антонии путались, ей никак не удавалось придумать колкий, язвительный ответ. Наконец из горла ее вырвался беспомощный глухой стон.
Рейнло склонил голову, на губах его расцвела торжествующая улыбка победителя. В прошлый раз, целуя Антонию, он утверждал свою власть над ней.
По крайней мере, сначала.
Антония приготовилась к новому бурному натиску, но поцелуй Рейнло был нежным, как весеннее утро.
Она закрыла глаза, не поощряя, но и не отталкивая Рейнло. В мягком ласковом прикосновении его губ не было ни властности, ни настойчивости. В золотом сиянии солнца это мгновение, полное чистой, незамутненной радости, казалось невинным и безмятежным.
Напряжение отпустило Антонию. Она тяжело привалилась к дереву. Колени ее дрожали.
Обхватив Рейнло за плечи, она почувствовала сквозь одежду мощь его мускулистого тела.
Вопреки доводам рассудка, его поцелуи в ту безумную ночь в Лондоне не оставили ее равнодушной. Антония часто вспоминала те волшебные, головокружительные, пьянящие поцелуи. Но этот поцелуй пробудил в ней неизведанные прежде чувства.
Поцелуй прожженного развратника был невинным, как прикосновение крыла ангела.
Скоро, слишком скоро, Рейнло оторвался от ее губ.
