Полночный соблазн

Темная вода маслянисто блестела при свете луны. Желание окунуться и смыть с себя гадкие прикосновения лорда Невилла становилось все сильнее с каждым шагом.

Накидка соскользнула на прохладную траву. Расправив плечи, девушка опустила лиф платья.

– Поцелуй меня, Кристофер.

Ошеломленный, Ричард повернулся к Дженевив. Она смотрела доверчиво, словно дикая лань, впервые встретившая человека. Волосы мягкой волной рассыпались по плечам. Девушка была такой красивой, что казалось святотатством заключить ее в объятия и прижаться губами к ее губам.

Что успел натворить с ней проклятый Фэрбродер? Синяки, оставленные его грубыми пальцами на нежных плечах, свидетельствовали о насилии. Ричард боялся даже прикасаться к Дженевив, чтобы не вызвать отторжения и ужаса.

И теперь она сама просила поцеловать ее! Искала утешения и защиты, но по наивности просила поцелуев? Он не хотел пользоваться ее доверчивостью.

– Мне кажется, лучше вернуться в Лейтон-Корт, – пробормотал Ричард.

Она изумленно посмотрела на него и не двинулась с места.

Ее губы изогнулись в насмешливой улыбке.

– Ты не чувствуешь отвращения при мысли о поцелуях теперь, когда этот гад… после того, как он…

– Он не изнасиловал меня. – Дженевив смотрела на него с нежностью. – Теперь ты поцелуешь меня?

Ричард все еще колебался, поэтому сделал шаг назад, на безопасное расстояние.

– Разве пережитое потрясение не заставляет тебя ненавидеть всякого мужчину, оказавшегося рядом с тобой?

– То, что случилось, ошеломило меня. Оказывается, я совершенно не разбираюсь в людях.

 – Она приблизилась к нему. – Я ошиблась в лорде Невилле. Я ошиблась в тебе. – Еще один крошечный шаг навстречу. – Когда этот подлец прикасался ко мне, он словно пачкал меня. А когда меня касаешься ты, это совсем… другое. Я ощущаю себя желанной, красивой… самой лучшей.

Обжигающий стыд пронзил Ричарда. Он не заслуживал ее доверия. Он лгал и притворялся!

Дженевив сама не ведала, что творит. Видимо, потрясение сделало ее слишком ранимой и доверчивой. Ричард не мог воспользоваться ее слабостью, иначе, очнувшись, она возненавидит и себя, и его.

– Давай я провожу тебя домой или в Лейтон-Корт.

Ее губы упрямо сжались.

– Сначала поцелуй меня.

Ричард сжал кулаки, борясь с искушением.

– В тебе говорит потрясение, а не желание, – сказал он. – На самом деле ты не хочешь, чтобы я тебя поцеловал.

– Ты понятия не имеешь, чего я сейчас хочу, – мрачно произнесла девушка. – Целуй же меня!

Поцелуй… Ричард не был уверен, что сумеет остановиться.