Полночный соблазн

Она поняла, какой именно смысл вложил гость в этот поцелуй, и безропотно приняла его.

Когда он отпустил ее руку, девушка принялась расправлять скомканные бумаги.

– Я прошу вас не делиться с отцом своими подозрениями. Это может разрушить его репутацию.

– Но это несправедливо. Ваш талант и ваше упорство должны быть вознаграждены.

Дженевив вздохнула и развела руками:

– Отец обещал признать меня соавтором, после того как мне исполнится двадцать один, но этого до сих пор не случилось.

По тому, как поникли плечи девушки, Ричард понял, что ему признаются в очень личных вещах.

– И никто не подозревает?

– Для этого нет причин, – вздохнула Дженевив печально.

– Но ваша рука так узнаваема, – хмыкнул Ричард и сел на стул рядом с ее креслом. – Стоило углубиться в чтение, и у меня не осталось сомнений.

– Вы удивили меня, мистер Эванс.

– Просто между нами существует особая связь, мисс Барретт.

Она поглядела на него с осуждением.

– Перестаньте заигрывать. Это серьезная тема.

Ричард негромко рассмеялся и откинулся на спинку стула.

– Поверьте, я тоже вполне серьезен. – Помолчав, он высказал предположение: – Не кажется ли вам, что лорд Невилл что-то подозревает?

Лорд Невилл вел себя как сторожевой пес, почуявший нарушителя. Этот человек явно защищал свою территорию. Но что или кого он считал своей собственностью? Научные труды викария? Дружбу с самим викарием? Его незамужнюю дочь? Или все вместе?

Дженевив усмехнулась с удивившим Ричарда цинизмом:

– Лорду Невиллу очень хочется быть причастным к великим умам и открытиям.

Это было неожиданное мнение, однако вполне правомочное. Оно легко объясняло поведение лорда Невилла. Возможно, тому просто не хотелось делиться славой с внезапно возникшим на горизонте соперником.

– Послушайте, вы не должны прятаться в тени отца.

Внезапно девушка ответила с жаром, прижав ладони к груди.

– А я и не собираюсь! – Казалось, ей не терпелось поделиться наболевшим даже со случайным слушателем. – Я хочу опубликовать под своим именем статью о фамильной драгоценности Хармзуортов!

Господь милосердный! Ричард вытаращил на нее глаза и несколько секунд не мог прийти в себя от изумления.

Неудивительно, что Дженевив не хотела продавать артефакт.

Он спросил как можно небрежнее:

– Какой драгоценности?

– Да вот же она.