Полночный вальс

Приказчик в лавке заверил – Белл, что когда-нибудь Блейк прославится, и попытался навязать в придачу «Союз неба и ада», но Белл отказалась, решив, что в таких стихах Джон вряд ли станет искать романтики.

С улыбкой на лице Белл открыла «Песни» и начала листать страницы, читая вслух попадавшиеся на глаза строки.

Тигр, тигр! Жар очей,

Грозный царь лесных ночей,

Чьей бессмертною рукой

Страшный облик создан твой?

Поджав губы, она покачала головой.

– Странные эти современные поэты. – Еще раз покачав головой, она вернулась к чтению.

Внезапно ее занятие прервал глухой стук. Белл затаила дыхание. Что такое?

Несомненно, он раздавался за окном. Охваченная ужасом, Белл выскользнула из постели, бросилась на "пол и на четвереньках подползла к туалетному столику. Быстро взглянув в сторону окна, она схватила оловянный подсвечник, который Эмма подарила ей на день рождения.

По-прежнему пригибаясь к полу, Белл бросилась к окну. Стараясь укрыться от взгляда непрошеного гостя, она забралась в кресло, приставленное к стене рядом с окном, и, дрожа от страха, замерла в ожидании.

Окно скрипнуло и начало приоткрываться. За подоконник схватилась рука в черной перчатке.

Белл затаила дыхание.

Вторая рука Появилась рядом с первой, а затем сильное тело бесшумно перемахнуло через подоконник и опустилось на пол.

Белл подняла подсвечник, целясь в голову незнакомца, когда тот внезапно обернулся и уставился на нее.

– Боже милостивый! Вы хотите меня убить?

– Так это вы, Джон?!

– Что вы здесь делаете? – ужаснулась Белл.

– Будьте любезны положить эту штуку на место!

Белл наконец опустила тяжелый подсвечник и протянула Джону руку. Он выпрямился.

– Что вы здесь делаете? – повторила она, чувствуя, как странно забилось ее сердце при виде Джона в ее спальне.

С равным успехом он мог появиться тут, чтобы похитить ее и увезти в горы, или же соблазнить ее, или просто поприветствовать, не дожидаясь утра.

– Нет, не ясно, – заявила Белл.

– А вы понимаете, что за последнюю неделю я четыре раза видел вас в обществе Персефоны, и дважды – с моим братом, один раз – с этим надоедливым Данфордом и трижды – на званых вечерах, где мне позволялось беседовать с вами лишь в присутствии дам не моложе шестидесяти лет?

Белл ответила ему улыбкой.

– Но нам удавалось некоторое время проводить вдвоем, когда вы приходили с визитами.

– Я не считаю проведенными наедине минуты, когда мне приходится опасаться вторжения мисс Лимоны.