Полночный вальс

Генри!

– Мне не нравится, когда ко мне относятся, как к взбалмошному ребенку, – прошептал Джон на ухо Белл.

– Взбалмошный ребенок – это я, – прошептала она в ответ, – по крайней мере для них. Так что наберись терпения.

На пороге появился отец Тзелл Генри, граф Уортский, был привлекательным седовласым мужчиной, излучающим добродушие. При виде единственной дочери его глаза засветились любовью.

– Белл, детка, что ты делаешь в Лондоне?

– Да так, ничего особенного, – промямлила Белл.

– Она вышла замуж, – невозмутимо сообщила Кэролайн.

– Ты меня слышишь? – вскипела Кэролайн, внешнее спокойствие которой наконец-то дало трещину. – Она вышла замуж!

Генри устало вздохнул и провел ладонью по редеющей шевелюре.

– Разве ты не могла подождать, Белл?

– Дело не требовало отлагательств.

Кэролайн порозовела, не желая думать о двусмысленности этого заявления.

– Ну, несколько дней ничего бы не решили, – продолжал Генри. – Неужели ты думала, что мы не одобрим твой выбор? Плохо же ты нас знаешь. Мы позволили тебе отвергнуть десяток достойных поклонников, в том числе и молодого Эктона, отец которого был моим лучшим другом.

Белл кивнула, удивляясь, почему поучения отца всегда заставляют ее ощущать себя семилетней девочкой.

– Лорд Блэквуд, – отчетливо выговорила Белл.

Джон воспользовался случаем и шагнул вперед, протягивая руку.

– Лорд Блэквуд, милорд. Рад познакомиться с вами.

– Надеюсь, это правда, – сухо отозвался Генри. – Располагаете ли вы средствами, чтобы обеспечить мою дочь?

– Совсем недавно я приобрел поместье, так что сейчас нахожусь в несколько затруднительных обстоятельствах, – откровенно признался Джон. – Но я ни разу не прогадал, пуская свой капитал в оборот. Белл ни в чем не будет нуждаться.

– Я вырос в Шропшире. Мой отец – граф Уэстборо. Титул унаследовал мой старший брат.

– Как же вы получили свой титул?

Джон коротко рассказал ему о своей воинской карьере. Генри одобрительно кивнул и спросил:

– Вы любите мою дочь?

– Всем сердцем, милорд.

Генри оглядел молодого человека, на локте которого сейчас покоилась рука Белл.

– Ну, Кэролайн, пожалуй, нам следует положиться на благоразумие дочери.

– Что еще нам остается делать? – с горечью отозвалась Кэролайн.

Генри утешительным жестом положил ладонь на плечо жены.