Полночный вальс

Белл повиновалась, и его язык проник между ее губами. Белл ответила на поцелуй с неменьшей страстью, одним глазом наблюдая за Спенсером, который следил за ними как завороженный. Его рука слегка дрогнула, и Белл поняла: их поцелуй отвлек его от мыслей об убийстве. Решив полностью отвлечь противника, она громко застонала от наслаждения.

Джон начал покрывать легкими поцелуями ее щеки, и Белл выгнула шею, плотно прижимаясь к нему. Но она чувствовала: Джон тоже чем-то отвлечен. Вдруг Джон едва заметно кивнул, и откуда-то из глубины комнаты раздался ужасный, пронзительный нечеловеческий крик.

– Какого черта?.. – Спенсер отвлекся от соблазнительного зрелища и не мог удержаться, чтобы не повернуть голову в сторону, откуда донесся отвратительный звук.

Джон резко оттолкнул Белл, и, не успев чтолибо сообразить, она упала на пол. Джон развернулся, мгновенно прицелился и выстрелом выбил пистолет из руки Спенсера.

Алекс и Данфорд бросились на противника, сбили его с ног и прижали к полу.

Выступив вперед, Персефона скрестила руки на груди с торжествующей улыбкой.

– Иногда возраст и мудрость бывают весьма полезны.

– Персефона, а ты что здесь делаешь? – изумился Алекс, связывая руки Спенсера за спиной.

– Вот благодарность за все мои подвиги!

– О Персефона! – обезумев от счастья, воскликнула Белл. – Спасибо тебе! – Вскочив, он" бросилась в объятия пожилой дамы. – Но кто издал этот страшный звук?

– Я. – Персефона широко улыбнулась.

Кэролайн недоверчиво подняла брови.

– В нем не было ничего человеческого…

– И тем не менее это сделала я!

– Хитрость удалась, – заключил Джон и присоединился к дамам, как только убедился, что Спенсер надежно связан. – Хотя должен признаться, подавая вам знак действовать, я не смел и надеяться на такой звук.

– Так ты знал, что она здесь? – удивилась Белл.

– Только когда заметил, как она передала тебе пистолет. Отличная работа, Персефона. – Отведя волосы со лба, Джон заметил, что его рука дрожит.

Пройдет немало времени, прежде чем образ Спенсера, расточающего гнусные ласки Белл, изгладится из его памяти.

– Но как ты сюда пробралась? – спросила Белл.

– Я поняла: что-то должно произойти. Никто не счел нужным посвятить меня в эту тайну, – обиженно добавила Персефона. – Но я раскрыла ее сама путем многочисленных подслушивании. И когда я поняла…

– Прошу прощения! – прервал ее Данфорд.

Все головы повернулись в его сторону.

– Нам давно пора заявить о нем в полицию.