Полночный вальс

 – Говорил ли я вам, – спросил он в краткий промежуток между поцелуями, – что вы – прекраснейшая из женщин, каких мне доводилось видеть?

– Ну так слушайте. А еще – самая умная, добрая, а еще… – рука Джона скользнула вдоль тела Белл, охватила ее ягодицы и сжала их, – а еще у нее самое соблазнительное мягкое место, какое я когда-либо чувствовал.

Белл отпрянула с видом оскорбленной невинности, но тут же рассмеялась и прильнула к нему.

– Никто еще не говорил мне, что целоваться так забавно.

– Разумеется. Ваши родители опасались, что после этого вы броситесь целоваться с кем угодно.

Белл прикоснулась пальцами к его щеке, осторожно провела по щетине бакенбардов.

– Нет, только с вами.

Джон считал, что родители Белл вряд ли могут быть довольны поведением дочери, но поскорее прогнал эту мысль, не желая нарушать очарование момента.

– Большинство людей, целуясь, не смеются. – Он по-мальчишески усмехнулся и дернул ее за нос.

Белл ответила ему таким же жестом.

– В самом деле? Тем хуже для них.

Джон прижал ее к себе так, словно мог удержать одной силой.

– Вы даже не представляете себе, какие чувства я сейчас испытываю, – пробормотал он, вдыхая аромат ее волос.

Белл придвинулась поближе.

– Нет, я знаю – это блаженство.

– К сожалению, теперь в любую секунду могут принести заказанный вами чай, и вряд ли нам стоит делиться с прислугой нашим блаженством.

– О Господи! – воскликнула Белл, мгновенно отскочив в другую сторону комнаты.

– Я понял бы это с первого взгляда, – сообщил Джон, стараясь не обращать внимания на боль неудовлетворенного желания, пульсирующую во всем теле. – Но если вы пригладите волосы, думаю, никому, кроме меня, об этом не догадаться.

– Мы попали под дождь, – возразила Белл. – Норвуд решит, что именно потому я такая растрепанная. – Несмотря на всю свою смелость, Белл оказалась не готова к тому, чтобы дворецкий кузины застал ее в объятиях Джона.

– Садитесь же, – приказал Джон. – Мы будем беседовать, как рассудительные взрослые люди, и тогда Норвуд ничего не заподозрит.

– Просто сядьте на свое место, и к тому времени, как дворецкий вернется сюда, мы успеем завязать вежливую беседу.

– Я не смогу, – еле слышно прошептала Белл.

Белл опустилась на стул и уставилась на носки туфель.

– Потому, что каждый раз глядя на вас, я вспоминаю, как вы обнимали меня.