Полночный вальс

 – Довольно! – Она покачала головой: со всем мире невозможно было найти людей упрямее этой пары. Но тем не менее Алекс и Эмма идеально подходили друг другу. – Почему бы вам не послушать, как провела день я?

Эмма и Алекс выжидательно посмотрели на нее.

Белл глотнула чаю, согреваясь и подкрепляя силы перед разговором.

– Итак, я познакомилась со странным человеком.

– В самом деле? – Эмма заинтересованно подалась к ней.

Алекс, напротив, откинулся на спинку дивана, и на его лице появилось скучающее выражение.

– Да, он живет поблизости.

По-видимому, его земли граничат с вашими. Его зовут Джон Блэквуд. Вы с ним знакомы?

– Как ты сказала? Джон Блэквуд?

– Да, Джон, лорд Блэквуд – так он представился. А в чем дело? Ты его знаешь? Но это имя настолько распространено…

– У него каштановые волосы?

Ответом Алексу был второй кивок.

– Он примерно моего роста, среднего телосложения?

– Полагаю, да. Он не настолько широк в плечах, как ты, но ростом тебе не уступит.

– Да! – изумленно воскликнула Белл.

– Это тот самый Джон Блэквуд, провалиться мне на месте! – Алекс недоверчиво покачал головой.

 – Значит, теперь он пэр. Должно быть, титул ему пожаловали за воинскую доблесть.

– Вы вместе воевали? – спросила Эмма.

Взгляд Алекса стал отстраненным.

– Да, – негромко подтвердил он. – Джон – командовал другой ротой, но мы часто виделись. Я все гадал, что с ним могло случиться. Не знаю, почему я не попытался разыскать его – возможно, боялся узнать о его смерти.

Последнее замечание привлекло внимание Белл.

– Что ты имеешь в виду?

– Как странно! – словно не расслышав вопроса, проговорил Алекс.

 – Он был отличным солдатом и надежным товарищем. Его самоотверженность вызывала изумление. Он постоянно подвергал себя опасности ради спасения других.

– Что же в этом странного? – удивилась

Эмма. – Судя по твоим словам, он благородный человек.

Алекс повернулся к обеим дамам, и его лицо вдруг прояснилось.

– Странно то, что этот человек, который всегда относился к себе с потрясающим пренебрежением, после ранения повел себя самым неожиданным образом…

– Что же произошло? – обеспокоенно спросила Белл.

– Он был ранен в ногу, и врач решил, что ее нужно ампутировать. Должен сказать, это заключение было сделано с полнейшим равнодушием. Джон все это время оставался в сознании, но дрянной лекаришка даже не удосужился сообщить ему об ампутации – просто повернулся к фельдшеру и сказал: «Подай пилу».

Белл передернуло: страдания Джона Блэквуда она воспринимала на удивление болезненно.