Полночный вальс

Надеюсь, вы удовлетворены?

Джон застыл на месте, он никак не ожидал подобного поворота. Она была по-прежнему неравнодушна к нему – эта мысль оказалась бальзамом для его измученного сердца. Но упрямец, сидящий в нем, не смирился с пыткой, которой подвергла его Белл, и намеревался прямо сказать об этом.

– Терпеть не могу, когда меня водят за нос, – заявил этот упрямец.

Белл круто повернулась, мгновенно придя в ярость.

– Ах, вам не нравится, когда вас водят за нос?

И это все, что вы можете сказать? Да, разумеется, это для вас невыносимо.

Ну что же, а теперь выслушайте меня: я терпеть не могу, когда меня оскорбляют. А ваше поведение я нахожу оскорбительным! – Гордо выпрямив спину и вскинув голову с достоинством, которого Белл отнюдь не испытывала, она прошла мимо.

Джон был настолько ошеломлен ее невероятным признанием, что едва успел поймать Белл за кончики пальцев, пытаясь остановить.

– Белл, – весь в смятении попросил он, – не уходите…

Белл легко могла бы покинуть балкон – Джон удерживал ее слабо, почти робко.

Но что-то в его хриплом голосе заставило ее повернуться, и она тут же была захвачена огнем страсти в его глазах. У нее пересохло во рту, она почти не дышала, зачарованная взглядом человека, который так много значил для нее.

– Джон, я не понимаю, чего вы хотите, – прошептала она.

Его слова повисли в воздухе, и сердце Белл умоляло рассудок поверить им. Что он имел в виду, говоря «хочу вас»? Просто хотел прикоснуться к ней, поцеловать? Белл уже знала, как неудержимо влечет к ней Джона – он и не старался скрыть это влечение, да и сама она испытывала то же самое.

Или же он хотел видеть ее рядом всю жизнь – как друга, спутницу, даже как жену? Белл боялась спросить. Однажды он уже разбил ее сердце, и она не испытывала желания терпеть такую муку вновь.

Джон прочел замешательство в ее ясных синих глазах и возненавидел себя за то, что причинил ей боль. Пора было признаться, как много Белл значит для него. Но собственные опасения удерживали Джона, и он лишь тихо спросил:

– Можно поцеловать вас?

Белл медленно кивнула и шагнула к нему, а Джон потянулся и взял ее за обе руки.

Ошеломляющая робость охватила Белл, и она потупилась.

– Не отворачивайтесь, – прошептал он, нежно поднимая ладонью ее подбородок. – Вы так прекрасны! Вы добрая, милая, умная и…

Теперь их лица почти соприкасались.

– Это уж слишком, – дрожащим голосом объяснила она.

– Нет, неправда. Вас невозможно перехвалить.