— Сюда, — Миркас посторонился, пропуская нас к двустворчатой двери, украшенной резным узором. — Только если что, вы меня не видели.
Ухмыльнувшись во весь рот, он улизнул.
Мы не стали его задерживать. Нас ждали дела поважнее.
Хармс, не церемонясь, толкнул дверь. Она легко поддалась. Изнутри пахнуло пряностями и благовониями, а еще донеслись недвусмысленные стоны.
— Эй, — закричала я, просовывая голову в щель, — Фредди! Хорош развлекаться. Есть разговор!
Что там происходило, разглядеть было невозможно.
Но мы услышали мужскую ругань, звонкий шлепок и следом игривый женский визг.
А потом под потолком загорелся матовый шар. Он осветил помпезную спальню, в центре которой под балдахином стояла кровать. На ней мог разместиться весь боевой факультет, но сейчас на шелковых простынях возлежал один Фредди.
Нет, не один. Слева к нему прижималась блондинка в неглиже, справа — брюнетка. По остреньким ушкам я определила, что это эльфийки-полукровки.
— Какого курха?! — прорычал он, заметив нас.
— Отлично устроился, — я кивнула на девушек.
Те попытались слинять, но, судя по напрягшимся бицепсам на руках парня, он не собирался их никуда отпускать.
Сам Фредди лежал в одних шароварах. Голый торс черного дракона впечатлял развитой мускулатурой. Я прикинула, как бы он выглядел рядом с обнаженным Арианом, и сникла. Ари хоть и красавчик, но не такой мускулистый. Скорее более гибкий и жилистый.
Пока я настраивалась на светскую беседу, Хармс молча прошел мимо меня вглубь апартаментов.
— Чего приперлись? — вызверился дракон, поднимаясь.
Обе девчонки, хлопая ресницами, юркнули под одеяло.
— Да так, в гости зашли. Ты часом плащ мой не видел?
— Что? — Фредди слегка завис. — Парень, ты в своем уме, какой плащ?
— Серый такой, — объяснила миролюбиво. — С пуговкой.
— Издеваешься?! Да я тебя сейчас в порошок сотру!
— Ну нет так нет. — благоразумно отступила поближе к двери. — А что делал у нас в корпусе позавчера? К кому приходил в гости?
У меня руки чесались накостылять этому снобу по шее.
Но весовые категории были не равны, к тому же в академии драться нельзя. Я лишь надеялась потянуть время, пока Хармс ищет плащ. И очень надеялась, что он его найдет.
Фредди двинулся на меня.
— Слушай сюда, щенок, — процедил, нависая над маленьким мной, — я тебя сейчас по стенке размажу. И поверь, мне за это ничего не будет!
Что-то подсказывало: он знает, о чем говорит. В его тоне звучала полная безнаказанность.
