С тоской кутаюсь в ветровку и думаю, что придется печку топить. Не люблю я это дело. Обычно отец этим занимается, но сегодня придется самой.
Городок у нас маленький, хоть и областной центр, состоит из частных кварталов. Газ есть у всех, но он дорогой, вот люди и спасаются от холода кто чем может. В основном дровами или углем.
Разуваюсь в прихожей. Бросаю на тумбочку сумку и куртку. В доме сыро и холодно, как я и предполагала. А время уже шесть вечера. В октябре у нас быстро темнеет. Если не хочу ползать в сарае по темноте, придется сейчас за дровами идти.
И отложить на потом мысли о вкусных голубцах, оставленных мамой в холодильнике.
Развернувшись к двери, невольно бросаю взгляд в овальное зеркало.
Лучше туда не смотреть.
Белобрысая розовощекая девица двадцати лет. Брови белесые, ресницы белесые, кожа будто распаренная. Да еще светлые голубые глаза. Одна радость, что черты правильные и сложение досталось хорошее. Только из-за моей страсти к маминым пирожкам этого почти не видно.
Да, знаю, надо спортом заняться.
Только все лень. И вообще, если кто-то меня полюбит, то пусть любит такой, какая я есть!
Недовольно кряхтя, пробираюсь в сарай, набираю охапку дров. Они еще сыроватые, с первого раза вряд ли займутся.
Прихватываю по пути бутылку керосина. Ага, такой вот лайфхак. Дровишки польешь керосинчиком — они лучше горят.
На кухне вываливаю дрова, складываю в плиту «домиком» поверх уже лежащего мусора. Это тоже лайфхак такой: все, что горит, в печку бросать. Экономия, мать ее.
Сверху лью керосин.
И на этой прелестной ноте у меня урчит в животе.
Вспоминаю, что с утра ни крошки во рту. Вряд ли съеденный второпях хот-дог можно назвать едой.
Ставлю бутылку. Иду к холодильнику.
В это время в кармане звенит.
Одной рукой открываю холодильник и достаю кастрюлю с голубцами, второй держу телефон.
— Алло?
— Доця, ты дома? — в трубке звучит беспокойный голос моей родительницы.
— Да, мам.
Ставлю кастрюлю на стол, запихиваю в рот холодный голубец.
— Холодно?
— Так себе, — выдавливаю с набитым ртом.
— Так ты это, печь растопи, только смотри там аккуратнее. Отец в сарае бензин оставил, не перепутай.
— Угум-с.
Первый голубец холодной, но приятной массой опустился в желудок. Принимаюсь за второй.
Мама прощается, не забыв оставить напоследок кучу ценных указаний. Ну, это же мама!
Передаю привет отцу и бабуле. Возвращаю телефон обратно в карман.
Первый голод уже утолен, так что пора позаботиться о внешнем комфорте.
