Полтора элитных метра, или Получите бодрого Дракона!

Хорошо!

В ту же секунду мою нижнюю губу цапнули так, что из глаз посыпались искры, а спину, словно кипятком окатили, и рот стал заполняться уже моей кровью. Рефлекторно я дернулась назад. Сильные руки, охватывающие меня, отпустили. Мортифор медленно выпрямился и демонстративно облизнулся. Однако из левого уголка его рта вновь побежала алая струйка.

— Запомни! — тихо прорычал он, сверкая холодной голубизной глаз. — Как ты со мной, так и я с тобой!

Затем, взметнув полы плаща, подхватил статуэтку Золотого волка и вышел прочь, хлопнув дверью так, что бревна в стенах содрогнулись.

Оборотни вздрогнули и робко попятились к двери. Первый приоткрыл ее и опасливо выглянул наружу. В щелочку протиснулся золотистый дракончик и, издав радостный писк, кинулся к Вику. В следующую секунду он нырнул в тело брата и растворился. А вервольфы крадучись покинули нашу комнату.

Норри осел на кровать и облегченно вздохнул:

— Слава Эквилибриуму! Обошлось!

— ОБОШЛОСЬ?! — взвился пришедший в себя Вик. — Ты посмотри, что он со Светой сделал!

По моему подбородку все еще текла кровь.

Губа болела так, что хотелось выть. Кажется, вот так люди и превращаются в волков! Кстати, а «поцелуй» Мортифора случайно не заразен? Может, и я теперь в спешном порядке обрасту шерстью? М-да, плохая была идея впиться зубами в злющего, кусачего оборотня!

— Все могло быть гораздо хуже! — хрипло прошептал эльф, читая мои мысли. — Мне только однажды на уроке дипломатии о таком рассказывали! Глаза у оборотней становятся ярко-голубыми в случае крайней ярости.

Это их предел, когда все человеческое отступает и на первый план выходит жажда смерти. В такие моменты не выживает никто.

— Тогда откуда известны такие подробности? — ехидно хмыкнул лорд Венатор.

— Посмертно, — спокойно ответил Норри. — Один маг решил изучить проблему появления вырезанных под корень деревень и городов. И когда он нашел более-менее уцелевший труп и допросил его, то еще долго пребывал в шоке. Оборотни с рождения имеют дело со смертью и идут по грани. Их магия построена на жизни и смерти.

Наверное, это как-то связано с перевоплощениями. Так вот, находясь в сильнейшей ярости, оборотни уже не думают, а просто убивают. Один вервольф способен вырезать под корень большой город в несколько тысяч человек, прежде чем насытится смертью и остановится. Я уж молчу об отпрыске элитного рода. И то, что мы сегодня выжили, можно причислить к большому, очень большому везению! Более того, думаю, следует отметить самообладание Мортифора.