Помешанный на тебе

— Все будет хорошо. Мы просто поговорим. Поднимись, пожалуйста, — выдыхаю я, вкладывая ей в ладонь ключи от квартиры.

Кивает, берет сына за руку, уходит. Дожидаюсь, когда они скроются в подъезде, смотря мрази в глаза.

— Ты куда залез, щенок? — выплёвывает он мне. — Себе же яму копаешь. Я же тебя…

— Слушай меня внимательно, — перебиваю его тираду. — Мне тут нашептали о всех твоих липовых документах, транзакциях и подставных счетах.

Тарас бледнеет, но пытается еще сохранить лицо, смотря на меня свысока.

— Да ладно, а обоснования будут? — иронично усмехается, полагая, что все еще хозяин положения.

 — Я же могу и в суд за клевету подать, заодно и за похищение моей жены с сыном, — еще пытается меня запугать.

Да ты не угадал. На каждый хрен найдется хрен больше.

— Счёт в банке «Меридиан», открытый на ООО «Вектор-Трейд». Туда уходили деньги от госконтрактов? Или, может, рассказать про офшоры? — делаю паузу, наблюдая, как падаль меняется в лице.

— Чего ты хочешь? — голос Тараса уже не такой самоуверенный.

Ну аллилуйя, понял, что я не блефую.

— Развод. Без претензий на ребёнка. Аделина получает полную опеку. Алименты и раздел имущества для Аделины.

Мне не нужны его подачки, свою женщину я обеспечу сам. Но для Аделины это важно.

— Да пошёл ты… — уже не такой сдержанный и интеллигентный. Занервничал.

— Тогда завтра же дело пустят в оборот. Оно, кстати, уже в прокуратуре. Ты по-любому сядешь, и развод все равно состоится.

Глаза мудилы начинают бегать.

— У тебя есть неделя на цивилизованный развод, — продолжаю я.

 — И ещё. Если ты хоть пальцем тронешь Аделину или Андрея, будешь им угрожать или преследовать, то материалы мгновенно упадут куда надо.

— Ты пожалеешь об этом, — цедит он сквозь зубы.

— Я — нет. А вот ты — да.

Я уже выиграл оху*нный приз в качестве любимой женщины. И при любых раскладах не пожалею.

Тарас кидает на меня еще один презрительный взгляд и разворачивается к своей машине.

Ну не могу же я его просто так отпустить. Слова — это, конечно, хорошо, но руки у меня чешутся давно.

И надо закрыть этот гештальт.

— И да, ещё кое-что, — останавливаю его.

Тарас оборачивается.

— Лови, — мой кулак с удовольствием врезается с разворота ему в челюсть. Тарас не успевает среагировать, отшатывается, почти падая, но задерживается за свою машину. Прижимает руку к разбитой скуле.

Да, блядь, почти оргазм. Хотя не совсем, мне хочется еще. Но… это может усложнить нам задачу.

— Теперь всё, — оскаливаюсь я.