Поместье для брошенной жены

Куча сырья изведена. Вот что, сын, вводи систему штрафов за порчу сырья, иначе эти бездельники тебе все материалы попортят.

Один из мастеров судорожно сорвал плотный прорезиненный фартук, следом бинокулярную лупу и с грохотом положил на сломанную установку.

— Не хочу вас расстраивать, но такие штрафы неправомерны. Все артефакторики страны работают в условиях хрупкости артефактов. И ломаются они у вас чаще, потому что магическое облучение слишком сильное! Убавьте и ломаться будут реже! А что до меня, я увольняюсь.

— С волчьим билетом, — невозмутимо прокомментировал отец. — Будешь до смерти разгребать мусорные ямы, коли уволишься.

Мастер язвительно рассмеялся:

— У меня опыт работы свыше двадцати лет на высокоточных магических установках. Я не буду разгребать ямы, не извольте беспокоиться, высокочтимый вейр. Со мной уйдут Яков и Финн.

Два нескладных подмастерья, пряча глаза, засуетились, собирая свои нехитрые мелочи, оставленные на работе.

Отца, наконец, пробрало. Вишневая краска залила одутловатое старческое лицо, затряслась трость в руке.

— Как вы… Как вы смеете, ничтожные веи, хамить мне, высокорожденному! Извольте объясниться, извольте, я требую…

— Прекрати, отец, — Берн жестко взял отца за плечо, удерживая от преступления на рабочем месте.

С него бы сталось отходить работников тростью. Привык у себя барствовать, да охаживать по бокам собственную прислугу. Только та прислуга служила им на многолетнем контракте и деться ей было некуда, особенно к старости, а драдеры таких глупых контрактов не заключают.

Мастер, проходя мимо, ненадолго остановился. Усмехнулся углом губ:

— Хороший ты мужик, Берн, так что я скажу. Все эти установки налаживала вейра Ариана, они пахали без поломки свыше четверти века, и артефакты из них выходили на загляденье. Служили долго, работали без изъяна. А теперь магические потоки налаживаю я. И даже если это буду не я, установка будет работать, как все артефакторные установки страны — на малом магическом потоке, чтобы артефакты выдержали сырую силу.

Он помялся около окаменевшего Берна и неловко хлопнул его по плечу:

— Вот. Я всё сказал. Бывай, высокочтимый вейр.

Мастер ушел, а следом за ним проскочили Яков и Финном.