Поместье для брошенной жены

Тот только плечами пожал:

— Я просил милую Талье представить меня юной вейре Кайш, и та оказалась так любезна, что сделала для меня невозможное. Поселила в доме под видом вея, показала в какое окно и в какое время ночи лезть, и, если я ничего не пропустил, в ту же ночь дала Дафне снотворное. Хорошо, что я джентльмен, да?

Наступило тягостное молчание.

Берн не отрываясь смотрел на этого джентльмена, который полмесяца притворялся простым веем, таскал сундуки, пасся на кухне, выпрашивая лишний пирожок, а сам косил своим жадным варховским глазом на его дочь.

Отец-дракон, он должен защитить свою дочь, защитить свою жену от венценосной полоумной семейки. От Вархов и Гроцев, которые загоняли ее подобно наивному олененку в капкан опасной драконьей любви. Этот гаденыш ведь нравится Афи, он же не слепой. Подцепят ее, как рыбку, на крючок и ам. Хвостика не останется.

Берн совершенно побелел, но губы как приварило друг к другу. Ледяное бешенство сжало сердце в тиски, требуя вмешаться и защитить честь дочери.

— Не докажешь, — холодно сказала Талье. — В дом ты пришел сам, сам представился веем, сам вертелся около нее.

Она кивком обозначила Дафну и с упоением подняла на Риш черный от ненависти взгляд.

Не Дафна была ее целью. Совсем не Дафна.

Берна едва слышно застонал, превозмогая боль, и Риш вздрогнула, как будто услышала его отчаяние.

— Конечно, — вынужденно согласилась она. — Мы должны поверить слову Талье Кайш и пренебречь словом сына Варха.

Талье побледнела, потом покраснела, после растянула бледные губы в усмешке:

— Приятно видеть, как мать защищает дочь, которая не стоит и пяди ее верности.

Свет мерк перед глазами.

Он — трус. Он снова оставил Риш сражаться одну против ополоумевшего черного мага, который так жаждет ее уничтожить. Пусть и только словесно. Пока словесно.

Что он наговорил ей там, в бальном зале? Едва ли не открыто назвал шлюхой, когда понял, что другой мужчина уложил ее в постель.

Гроцы настолько промыли ему мозги, что последний год он смотрел на горячо любимую Риш, а видел слабую особь, бракованный пробел в золотой цепи драконьей эволюции. Он отпустил ее из дома с легким сердцем.

Побегает, наплачется и вернется под его крыло. Смирится.