Поместье для брошенной жены

Удар — слово, удар — еще одно, удар.…

Я обмякла от ужаса в руках Фараца, забыв, что у меня есть собственные крылья и собственная сила. Принц тоже напряженно всматривался в картину боя, и, судя по тревоге в синих глазах, тоже чувствовал некоторую неправильность происходящего.

— Он замедлился? — сказал с недоумением. — Какого ифрита?

Невидимую стену, отсекавшую круг боя от остального мира, покрыло легкое свечение. Я не сразу поняла, что этот вовсе не свечение, а дождь. Капли дождя отсекало магией и те отскакивали от барьера, абсорбируясь в водные кругляши.

Небо рыдало, словно от ужаса перед происходящим, и очень скоро я промокла до белья. Платье прилипло к телу, а зрение затуманилось от накрывшего мир ливня.

Золото боя померкло, наполовину проглоченное чернотой. Скоро и Фалче станет таким же искалеченным и черным, как его противник. Искореженные магические нити, поймают его тело в сеть, и сломают подобно игрушке.

Фир неосознанно сжал меня крепче, но я вырвалась из его рук.

Расправила крылья, полностью отдавшись дождю. Фир что-то крикнул, но я полностью отключилась от мира, погружаясь в невидимый магический вакуум.

«Ральфар, — позвала тихо, — Ты слышишь меня?»

Дракон Ральфара ревел от невидимой боли, которую ему причиняли слова Кассиуса. Но… это были совсем не те слова, что я собиралась услышать.

— Почему ты отверг руку дружбы? — ревел дракон.

— Может, потому что ненавидел? — вкрадчиво шипел противник. — Здоровый, сильный, полный магии, с красивым личиком… Как, должно быть, приятно было снизойти до дружбы со мной.

И ты дружил, пока дружба не требовала от тебя жертв.

— Я сделал это с радостью, Фалче. С радостью…

Воображение рисовало мне старинные заклятья, которые Кассиус наполнял силой искалеченной черной магии, но… Это были слова обычного, пусть и не очень хорошего человека.

Мне это…. не нравилось.

Было что-то, что я не могла понять. Что-то страшное, невидимое и отвратительное заключалось в этом поединке. Было что-то еще внутри искалеченного яростного дракона Кассиуса помимо ненависти и зависти к Ральфару.

«Всё будет хорошо, Фалче, — сказала тихо, мысленно коснувшись его вздыбленного дракона. — Не слушаю голос Кассиуса. Слушай мой голос».

Ральфар застыл, словно и правда на миг услышал меня. Поднял лицо вверх, силясь разглядеть мою далекую фигурку, застывшую над куполом барьера. А после перешел в серию атак. Его меч словно раздвоился, мелькая в бешеном аллегро.