Поместье для брошенной жены

А уж как я отношусь к внебрачным теперь знает вся империя.

— Как узнать? Лицо у него всегда одинаковое. Каменное. Но я могу поговорить с ним, если ты захочешь.

— Нет, — отказалась с тяжелым вдохом. — Не стоит. Когда ситуация немного успокоится, скажи моим детям, что я взяла камень связи. Этого будет достаточно.

Я дала своим детям жизнь, знания о другом мире и научила их быть сообщниками. И, кажется, последнее, что я могу сделать для них — отпустить. Птенец не научиться летать, если не выкинуть его из гнезда.

А если им потребуется материнская помощь, они знают, где меня искать.

Фрейз легко спрыгнул с подножки кареты, и от резкого движения вуаль закинуло порывом ветра на шляпку. Он обернулся, несколько секунд жадно разглядывая лицо, хотя мое внезапное омоложение его явно шокировало.

После с усилием взял себя в руки и ласково кивнул:

— Твоя повозка прибыла. Я отправлю вас через стационарный портал в поместье, а в течение недели попробую забрать твоих кайранов и тоже отправлю с кем-то из своих людей.

Черт. Это было заманчиво. Побыть слабой леди, попросить о помощи прямо сейчас, при должном старании даже увести Фрейза из семьи. Прямо, как Гроцц.

Но, конечно, так грязно не поступают даже свиньи.

— Да, Фрейз, так и сделаю, — никогда в жизни.

Улыбнувшись, попыталась закрыть дверцу, но в последний момент Фрейз её попридержал. А после вдруг наклонился, почти залезая внутрь и совсем тихо сказал:

— Уезжай на Север, Риш, и сиди тихо, пока эта тварь не помрет.

Тревога изменила лицо Фреза до неузнаваемости, вытянув в иголку зрачок и высветив до тигрино-желтого радужку глаз. Его рука цепко впилась в мое запястье:

— В столице неспокойно. Он умирает, и от злобы творит все, что вздумается, желая выбрать достойного наследника на свое место. Желая выбрать конкретного наследника, если ты понимаешь, о чем я. У него семеро сыновей и три дочери, и только в этом месяце умерли две наложницы по необъяснимым причинам, а старший сын четвертой наяры наелся ледяного яда, и дни его сочтены.

Он продолжал говорить, и его тревога передалась мне. В столице оставались мои дети. Борьба за трон затронуть их не должна, но… так устроено сердце матери, чтобы бояться.

После разговора мы деревянно, на публику, распрощались с Фрейзом, и карета, в паре с экипированной повозкой, куда определили щенков, въехали в знакомое портальное марево.