Подавив приступ тошноты, Диана попыталась не вспоминать о лысом человечке и гирляндах: эта сцепа врезалась в ее раскалывающийся мозг странной, смутной виньеткой — но незнакомец показался ей очень милым… Он даже проводил их с Коулом до дверей, помахал рукой и крикнул что-то, когда лимузин тронулся с места. Высунувшись из окна, она помахала ему в ответ — незнакомец стоял на пороге какого-то строения под розово-зеленой вывеской с мерцающими неоновыми колоколами и броскими словами под Ними. Броскими словами.
Словами… Причудливыми неоновыми буквами было выведено. «Брачная часовня».
А мужчина, стоящий на пороге, кричал им вслед: «Всего вам хорошего, миссис Гаррисон!»
Возвращение к реальности было столь внезапным, что Диана содрогнулась от новых взрывов боли в голове и судороги в желудке.
— О Господи! — громко простонала она и, перевернувшись на живот, зарылась лицом в подушку.
Глава 29
Когда Диана снова проснулась, кто-то успел раздвинуть тяжелые шторы, впустив в комнату солнечный свет, пробивающийся сквозь жалюзи.
Где-то вдалеке надрывался телефон.
Несколько минут Диана лежала совершенно неподвижно, с закрытыми глазами, производя мысленную проверку собственного состояния и боясь, что случайное движение вновь вызовет приступ боли. Ее по-прежнему немного знобило, но ощущение, что череп вот-вот треснет, исчезло.
Диана нехотя переключилась на размышления о результатах первого настоящего знакомства со спиртными напитками.
Она вышла замуж за Коула Гаррисона.
Сердце у нее забилось, едва смысл этого бездумного поступка дошел до нее по-настоящему. Она вышла замуж за незнакомого человека! Этот бессердечный негодяй воспользовался тем, что вчера вечером она была не в себе, и убедил, что брак с ним принесет пользу не только ему, но и самой Диане.
Она наверняка лишилась рассудка. Как и он.
Она — идиотка, а он — чудовище.
Ее следовало бы упрятать в сумасшедший дом. А Коула — пристрелить!
Каким-то образом Диана сумела прервать поток несправедливых обвинений и не поддаться панике.
Нет, прошлой ночью она была в здравом уме, а Коул не принуждал ее к замужеству. Взяв себя в руки, Диана принялась обдумывать все доводы Коула, что могла припомнить.
При ярком свете дня, в отсутствие убаюкивающего воздействия шампанского стало очевидно, что Коул обладает потрясающим даром убеждения. Не менее очевидным было и то, что Диана пошла на поводу у своей сентиментальности и совершила необдуманный поступок.
