Сегодня он тоже прошелся по дому и саду, разглядывая их глазами постороннего наблюдателя. Увиденное наполнило его гордостью и предвкушением. Он искренне считал, что Мэри и ее родители придали совершенно новый смысл выражению «самодельный». Они возвели его в творческий акт, который придает неповторимые Черты обезличенному и превращает самые заурядные вещи в прекрасные и исполненные значения предметы. Роберт не сомневался: его гости достаточно проницательны, чтобы заметить и оценить изысканность И красоту изделий Мэри. Он знал, что гости будут поражены — и творениями хозяйки дома, и ею самой.
— Ты ослепишь их, Мэри, — прошептал он, — вот увидишь.
Роберт оказался прав.
Гости были без ума от великолепной еды, украшений, цветов, сада, дома и особенно — от непосредственности и радушия хозяйки. Те самые знакомые, которые изображали потрясение, узнав, что Роберт отвел часть своей лужайки под огород, теперь попросили разрешения осмотреть это чудо. Генри несколько часов с гордостью возглавлял экскурсии по огороду, озаренному лунным светом.
Пока он водил гостей между ровными грядками удобренных органикой овощей, его энтузиазм был настолько заразительным, что еще до завершения вечеринки несколько человек загорелись желанием устроить возле собственных домов огороды.
Мардж Крамбейкер, ведущая раздела светских новостей «Хьюстон пост», разразилась восторженной статьей:
«Миссис Роберт Фостер III (урожденная Мэри Бриттон из Лонг-Вэлли) по праву может считаться самой известной хозяйкой Хьюстона. На празднестве присутствовали родители миссис Фостер, мистер и миссис Генри Бриттон, которые любезно показывали очарованным гостям — будущим садоводам и ремесленникам (будь у них только время!) — новый сад, огород и парник, а также мастерскую, которую Боб Фостер построил на территории своего особняка Ривер-Оукс…»
Теперь, год спустя, Диана вспоминала об этом событии, вполуха слушая бесконечные сетования Гленны по поводу предстоящей вечеринки.
Сдерживая недовольство, она напоминала себе: Гленна не питает ненависти к Мэри или ее родителям, она просто досадует, что у нее перехватили бразды правления.
Но, как считала Диана, жизнь чудесна — она наполнена людьми и событиями, любовью и смехом…
— Я не из тех, кто тычет пальцем в недостатки чужого воспитания, — призналась Гленна, — но если бы миссис Фостер выросла в обеспеченной семье, она знала бы, как принято развлекаться у богатых. Когда твой отец объявил, что намерен перевезти сюда ее родителей, я думала, что хуже уже не будет.
