Помнишь, ты сказал, что я никто?..

Сбросила с себя ночнушку и встала под душ, только сейчас понимая, что все еще держала в ладони очки Тадео.

Глупо. Я больше не считала его братом и он больше не являлся для меня дорогим человеком. Таковым для меня когда-то был Тадео, а теперь… Теперь он Дамиан. Совершенно незнакомый для меня парень.

И, сейчас вспоминая, как он смотрел на меня перед тем, как я покинула комнату, отчетливо ощущала тяжесть, которая ожидала меня впереди. Его гнев. Но, нет, я ни о чем не сожалела и от своих слов не отказывалась.

Я лишь под утро вернулась в свою спальню.

Немного позже, переодевшись, я спустилась вниз. Завтрак уже пропустила, но есть хотелось нещадно, поэтому, разместившись на веранде, я попросила горничную принести мне что-нибудь.

Уже когда я пила чай, на веранду зашла мама. Скрестив под грудью свои утонченные ручки, она недовольным тоном сказала:

— Ты проспала. Мы все ждали тебя за столом. Если ты так будешь вести себя с Рубеном, он будет зол.

— Ты что, мам. Ни в коем случае, — я улыбнулась, отпивая чай. — Я покажу превосходное воспитание. Кстати, мам, я сегодня после обеда еду в СПА. Может, поедешь со мной? Нужно как-нибудь убрать следы алкоголизма из твоего лица. Не думаю, что Рубен будет рад тому, что мать его будущей жены прикладывается к бутылке.

Трудно передать все эмоции проскользнувшие на лице мамы, но абсолютно все были шикарны.

— О чем ты говоришь? — в голосе мамы возмущение, но уже теперь фальшивое. Сейчас там было больше растерянности.

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я, — сказала, убирая с лица улыбку. — Знаешь, алкоголь оставляет сильные следы на коже. Будь добра, хотя бы попытайся их скрыть и не позорь меня. И так уже скоро все будут говорить, что мама Камилы Агилар алкоголичка. 

В этот момент я уловила один жест. Мама попыталась будто бы невзначай рассмотреть себя в отражении стекол и как же приятно было наблюдать за этим.

— У меня нет привязанности к алкоголю. Ты говоришь чушь. Вообще не понимаю, откуда у тебя такие мысли, — мама развернулась и пошла к двери.

— Все тайное, когда-нибудь становится явным, — я опять отпила чая. Мама, услышав мои слова, буквально на несколько секунд замерла, но уже вскоре вышла из веранды, а я откинулась на спинку дивана и продолжила пить чай.