Помощница лорда Хаксли

 – Откуда ты вообще узнал, что я была в Гирхе?

– Кратер сказал, – сдал дворецкого брат. – Он очень волновался. Нет, он сначала не хотел мне признаваться, что случилось, но я все равно выяснил.

Кто бы сомневался! Если брату что-то нужно, он и мертвого разговорит.

– Лорд Рональд, а вы правда были у жрецов? – Не выпуская меня из объятий, Дэйв повернулся к магу и уставился на него поблескивающими от любопытства глазами.

– Правда, – подтвердил Рональд и добавил: – И если ты хочешь узнать подробности, то отпусти Дилли.

Ей нужно отдохнуть. А я потом расскажу тебе, что было в Гирхе.

Я поймала серьезный взгляд мага. «Не волнуйся, – говорил он. – Я не собираюсь рассказывать все, только самое главное». И я поняла, что Рональд прав. Дэйв должен знать, кем была наша мама. Это лучше, чем жить в неведении.

Я едва заметно кивнула, соглашаясь, Рональд посмотрел на брата, и тот неохотно разжал руки.

– Дилли, а ты голодная? – Спросил Дэйв, который никак не мог привыкнуть к тому, что у нас теперь всегда есть еда.

 – Хочешь, я сбегаю на кухню за пирожками? Сара твои любимые испекла, с рубленым мясом.

– Правда? Ну как тут отказаться? С удовольствием съем парочку.

– Я быстро! – Обрадовался брат и рванул к лестнице.

– Устала? – Приобняв меня, тихо сказал Рон и, не дожидаясь ответа, повел на второй этаж.

– Тебе ведь не нужно уходить? Лорд Уэсли справится сам? – Спросила я Рональда.

Уэсли оставил нас сразу, как только мы оказались в Уэбстере. «Хочу заглянуть в замковую библиотеку, – заявил он магу.

 – Вдруг найду что-нибудь о драконах? Если хочешь, присоединяйся». И понимающе усмехнулся, когда Рон отрицательно мотнул головой.

– Нет, Дилли, я никуда не уйду. Уэсли справится сам, а для меня гораздо важнее другое.

– И что же?

– Ты, – твердо сказал маг, и его глаза ярко блеснули.

А едва мы зашли в мою комнату, как Рональд рвано выдохнул и накрыл мои губы своими, успев прошептать: – «Как же долго я этого ждал!»

И я потерялась в окатившей тело горячей волне. Жар ласковым огнем прошелся по коже, пробрался внутрь, вспыхнул ярким пламенем и заставил плотнее прижаться к Рону.

К моему Рону.

– Девочка моя, – шептал тот, отрываясь от губ и спускаясь поцелуями по шее к груди. – Сладкая. Если бы ты только знала, как долго я об этом мечтал! И каким глупцом был, пытаясь бороться с собственными чувствами. Дилли! Я люблю тебя, – заглянув мне в глаза, сказал Рональд, и я увидела, как его собственные меняются, превращаясь в расплавленное золото.