Помощница для босса

Думаю да, — пытаюсь рассмотреть ожог сквозь струю воды.

— Ну-ка, — Виктор подходит, берет мою руку и оглядывает ее. Я от неожиданности слегка вздрагиваю. — Так, сейчас.

Он отходит и начинает что-то интенсивно искать по ящикам.

— Сядь пока на стул.

Слушаюсь безоговорочно.

Виктор достает тюбик с каким-то средством и присаживается на корточки напротив меня. Я непроизвольно разглядываю его черты лица. Красив. Он так близко, что становится не по себе. Смущаясь, отвожу свой взгляд вниз.

Он аккуратно берет запястье и тонким слоем наносит мазь.

— Погоди, — он сильнее зажимает руку и замирает.

— У вас что, жар? — он приподнимает повыше рукав моей водолазки и снова проверяет. — Вы же горите! — смотрю в его испуганные глаза.

— Ой, нет. Я в порядке.

— Это вы называете в порядке? — он прикладывает свою ладонь к моему лбу.

Я смотрю в его озадаченные глаза. Он снова встает и снова что-то ищет. Я повторяю его действия и подношу свою руку ко лбу. Походу действительно… горю…

Виктор достает стакан и наливает в него воду.

Боюсь, за эту заботу мне еще долго придется расплачиваться…

Сижу на стуле, поджимая под себя ноги, и внимательно наблюдаю за мужчиной, что пытается меня "спасти". Даже от грамма заботы я готова разреветься. Ком в горле надоедливо повис. Глотаю слюну в надежде от него избавиться.

— Держи, — Виктор подходит ко мне и что-то протягивает.

Я раскрываю ладошку. Он кладет таблетку и я, не спрашивая ничего, просто кидаю ее в рот и запиваю водой. Одному Виктору известно, что я приняла.

— Спасибо, — чуть слышно благодарю его.

Он кивает в ответ, берет стерильный бинт со стола и снова устраиваться прямо передо мной.

С непривычки хочется провалиться под землю, ведь обычно я всегда ухаживала за своим "недомужем".

Сердце стучит с перебоями.

Замечаю, насколько нежные руки у совершенно не нежного с виду человека.

Он аккуратно делает перевязку.

— Тебе еще долго делать торт? — он закрепляет конец бинта и кладет ладонь на мою руку сверху.

Мотаю головой. Ловлю его взгляд. Внимательно смотрит, будто пытается запомнить каждый миллиметр.

— Осталось только все убрать, — отвечаю, почти не дыша.

Каждой клеткой тела я чувствую напряжение.

Виктор кивает и без лишних слов встает. Оглядывает всю кухню и без упреков и придыханий начинает убирать посуду в посудомойку.

Я сижу, чуть ли не открыв рот.

— Виктор Александрович… Я-я все уберу, — пытаюсь соскочить со стула, но встречаюсь с тяжелым взглядом. Сажусь обратно. Спорить с ним сейчас, себе дороже.