Добавлю тебя в общий чат, чтобы ты был в курсе орг. моментов», – настрочила она на специально оторванном листке.
Золотов глянул на записку и перевел прищур на девушку, однако представился Ильей и указал номер. Писал левой рукой. Почерк был неровный и неразборчивый, но при этом изящный, словно он пользовался пером и старинными чернилами.
Саша тут же исполнила обещанное. Внесла новенького в список контактов и пригласила в телеграмный чат «Группа ФЖ-42.10». Его смартфон лежал возле учебника горизонтально. Вслед за уведомлением о добавлении в диалог стали приходить приветствия одногруппниц.
Многие присылали анимированные стикеры и смотрели на новенького вызывающе, требовали внимания к себе. Золотов ни на одно сообщение не отреагировал. И вообще к телефону не прикасался, а на одногруппников не оглядывался, старался слушать преподавателя.
«А я Саша, можешь обращаться, если понадобится помощь», – написала она в их приватном бумажном чате.
Золотов прочитал, но не ответил. Через паузу она спросила: «Ты как здесь оказался?».
Парень посмотрел на нее с недоумением и начиркал: «Пришел». Она сжала губы в одну линию и прижала рукой копну кудрявых волос к шее, но не сдалась.
«Имею в виду, откуда перевелся. И почему сейчас».
Вместо того чтобы написать, Золотов вдруг придвинулся к ней – Саша рефлекторно увела голову и левое плечо вбок, с опаской глядя ему в лицо, которое слепило красотой и самоуверенностью. Смущение девушки его ничуть не остановило. Он приблизился к ней настолько, что губы зашептали прямо у нее над ухом:
– Напомни, почему я должен отвечать на твои вопросы?
Фразу парень сопроводил насмешливым взглядом и притворно вежливой ухмылкой.
Сашу как будто в пекло засунули на пару секунд. Она истлела и еще дымилась, наблюдая за тем, как сосед сминает записку и бросает в мусорное ведро. Попал с первого раза, точно всю жизнь к этому трюку готовился, чтобы выглядело максимально непринужденно. Хотя они сидели на первой парте. Расстояние оказалось коротким. Больше он на Сашу внимания не обращал.
Было в нем много надменного. Саша сделала однозначный вывод: «Сложный тип», и посмотрела на Альбину Ивановну, которая шаркала мелом по магнитной доске."
"Сердце успокоилось только минут через пять, а приятные мурашки от слабого прикосновения его губ к мочке щекотали нервы до конца пары. Неловкость и обида не отпустили девушку и после. Она хотела проявить дружелюбие, а он ее так грубо отшил. «Блин, неужели подумал, что я подкатываю?» – запылало в душе.
