Попаданец 2.0

Его простили после провала у Алых, благо там он свою работу кое-как сделал… Кстати, вы, сэр, как рыцарь, не подскажете мне, каково тогда было его благородное имя?

– Да… да… Но подумайте, сэр. Его ведь в очередной раз изгнали, да ещё и наложив постыдное имя, а ведь этим он нарушил множество далеко идущих планов. Ему ведь говорили: будь разборчивей в связях. Горожанки это не сенные девки для удовлетворения похоти. Кстати, забавно получилось. Многие провинциальные недотёпы посчитали его постыдное имя признаком добродетели носителя.

Попытка пошутить в исполнении этого человека выглядела для рыцаря ещё более жутко, чем его угрозы.

– Ну да ладно. В первый раз он откупился бароном, хотя его смерть была нам невыгодна, но она открыла некие перспективы, к тому же он обещал сдать нам один небольшой замок. И ведь мы поверили Овидусу. Он даже не понёс заслуженного наказания! Так, слегка пожурили, но ведь вы, сэр, тоже считаете, что шрамы украшают мужчину?

Амадеуш вздрогнул, словно наяву вновь почувствовав острое лезвие ножа, вырезающее очередной ремень из его кожи на спине.

А затем фантомная боль принесла воспоминание о соли, обильно брошенной палачом на окровавленное мясо.

– Но мы дали ему ещё один шанс! И что мы получили? – Арахнид выдержал драматическую паузу. – Он снова нас предал! И теперь даже весь замок не покроет нам потерю мага-артефактора, способного создавать стрелы Дирамида. Но самое главное… Почему я, приехав в этот город, узнаю, что интересующая нас кукла находится здесь, да ещё, как мне передали, под вашей защитой, сэр Благоверный.

Почему Паулус не передал её в тот же день нашей группе, ожидавшей их в горах у потайного выхода из замка? Вот я думаю, сэр Алеющий Благоверный, что предательство слишком сильно въелось в кровь и плоть Овидуса. Я думаю, что вы согласитесь со мной, что на этот раз спасти его может лишь Всеблагой Элор.

Упоминание имени бога словно прорвало плотину, и поток слов выплеснулся из трясущегося рыцаря.

– Сэр, подождите! Я всё объясню… – затараторил Кравчик.

 – Это всё эти двое! Эльф и второй, который от подножия Трона. Это они, – он говорил сумбурно, глотал слова и старался как можно быстрее рассказать всё этому страшному человеку, и сам не заметил, как перешёл на давно забытый простецкий говорок городских трущоб Селуна. – Они приехали вечером и тут же побили Бруно. Дважды. Я клянусь вам! Он дебил, но силён, как бык, и проворен, словно кошка. А когда он с кистенём, мало кто рискнёт выйти против него.