Попаданец 2.0

Воспоминания о жарком поцелуе ослепительной островитянки, которой Маруська проигрывала по всем статьям, будили определённые желания… например, поупражняться с ней в борьбе, желательно в партере, а при взгляде на нашу волоокую бледную немощь хотелось только одно – дать ей плюшку, стакан молока и отправить в «Артек» на две смены – чтобы глаза мне здесь не мозолила.

Ну, а здоровяка-оруженосца вообще никуда относить не следовало. Ребёнок он и есть, просто по ошибке засунутый в тело взрослого мужчины.

Оставался Гуэнь, но и ушастый в качестве собутыльника восторга не вызывал.

Пить с этим хитрым лисом, даже под присмотром Юны, сейчас прочувствовав реальность этого мира, – я просто-напросто опасался. А то ведь как оно бывает – проснёшься утром без штанов… И ладно, если просто сопрёт! Про эльфов, знаете ли, много всякого разного наши писатели-фантасты понапридумывали! Не-е – нам таких собутыльников не надо! Лучше уж я сам с собой посижу, а всех остальных отправлю в «Артек» вместе с баронессой! Пофантазирую на тему леди Беатрис!

Сказано – сделано.

Весь вечер я основательно нагружался продукцией местных виноделов, разогнав всех своих попутчиков, которые по какой-то причине упорно крутились возле меня. Ну, или гулять, если кому-то хочется. В результате, глядя на мою кислую морду, захотелось всем, даже Машке, которой до этого жизненно необходимо было «посмотреть на салют на фоне баронского замока из тенистого садика вместе с сэром Игорем…». Так что лечить расшатанные нервы мне никто не мешал.

Зато утро началось с ушата холодной воды, дикого визга Юны, моего отборного мата и невнятных объяснений чем-то перепуганного Гуэня, что нам, дескать, срочно нужно куда-то ехать причём обязательно вдвоём.

А теперь этот ухатый садист-водолей изображает из себя оскорблённую невинность, демонстрируя всем встречными и поперечным медленно наливающийся синевой здоровенный фингал под глазом.

Тут фургон налетел на очередную кочку, и тряхнуло его особо сильно. Желудок мигом оказался под горлом, и хорошо ещё, что я успел слезть, а точнее – свалиться с козел, прямо на пыльную дорогу, прежде чем оросить бренную землю продуктами вчерашней попойки.

Твёрдо решив для себя разобраться с хозяином местной гостиницы за ту дрянь, что он вчера втюхал мне под видом молодого красного вина, тяжело поднявшись, я полез на своё место, с трудом держась дрожащими руками за скобу и не с первого раза попав ногой на подножку.

Вид мой был суров до безобразия, даже этого шовиниста-затейника проняло.